- Вам разве не интересно, что и откуда я знаю?
- Интересно, но ведь ты не за этим пришла, верно?
- Да, не за этим, - я снова вернулась за стол и села напротив него. – Скажем так, мне поручили довести до вас информацию, о состоянии вашего (!) здоровья.
- Я не люблю врачей и осмотров давно не проходит. Кому и что могло стать известно о моем состоянии?
- Вашему племяннику.
Весь пыл и уверенность режиссера тут же испарились. На этот раз он смотрел на меня совсем не дружелюбно.
- Значит так. Я не знаю, кто и что тебе рассказал или может ты что-то где-то услышала и не так поняла, но мой племянник погиб, - теперь уже он встал и с угрожающим выражением лица ходил по кабнету гневно поглядывая на меня. – Или вы были знакомы до его кончины?, - грозно сверкнув глазами, он посмотрел в мою сторону.
- Мы познакомились в мой первый день пребывания в вашем офисе, - выпалила я не обращая внимания на его тон. – И как вы выразились ранее, это на него я постоянно озираюсь, и именно от него я все узнала, - обойдя стол, я напирала на режиссера шаг за шагом, пока не прижала его стене у окна.
- О чем ты вообще говоришь, - режиссер с трудом стал говорить.
Меня опять дернули за рукав.
- Я понимаю, тебе не легко, но не дави на него так, - чуть отведя меня в сторону, племянник с тревогой смотрел на дядю.
- Прости, но это ты настоял на том, чтобы я помогла, и именно ты настаивал на скором разговоре, - я понимала, что начинаю срываться от стресса, и перешла на крик, но остановиться не могла. – Поставь себя на мое место, он же решит, что я спятила и как минимум работать со мной не будет, - указывая пальцем на режиссера выпалила я.
Тут, вслед за своей вытянутой рукой направленной на режиссера, я взглянула на него самого. Он обескуражено смотрела на меня, часто моргая округлившимися глазами.
- Извините, что приходиться говорить вам все в такой обстановке, но здесь и сейчас ваш племянник, - я неспешно подошла к режиссеру, чтобы он не шарахнулся от меня еще дальше. – Он рассказал, как вы заботились о нем, как погибли и от чего его родители. Именно это, и определила его карьеру.
- О чем ты вообще говоришь?, - крепко вцепившись в мою руку, спросил режиссер.
- Я говорю о том, что ваш племянник узнал о состоянии вашего здоровья в момент, когда душа отделилась от его тела.
- Все верно?, - с вопросом я уже обратилась к призраку.
Получив утвердительный ответ, я продолжила.
- Он не знал, как вам помочь и все время находился здесь.
Я почувствовала, как тело режиссера слегка обмякло. Быстро подхватив, как смогла, я дотащила его до дивана и усадила.
- Я не сразу поняла, кто он и что он, и уж тем более не думала, что придется помогать, - нервно усмехнувшись я посмотрела на племянника, а потом и встревоженно на его дядю. Один был подавлен, а другой шокирован.
-Понимаю, как это все дико выгляди и звучит не правдоподобно, но посмотрите на ситуацию с другой стороны…
- Посмотреть? С другой стороны?, - режиссер привстал. – Да, это же бред, как ни посмотри. Или же вы решили озвучить мне вашу новую историю?, - склонившись, спросил он.
- Тогда ответьте мне на один вопрос. Как я узнала такие подробности о вашей семье?, - решительно заявила я, встав с места.
Со стороны мы бы походили на дуэлянтов или заклятых врагов, вынужденных делить одно пространство.
- Собственно ты ее так и не назвала, - зловещая ухмылка скользнула по его лицу. – Причину. Ты так и не назвала.
«Он явно очень зол. А кто бы ни был в подобной ситуации. Думает, что загнал меня в угол. Ну, раз так, то будь, что будет».
- Он не сразу погиб, а еще сутки пробыл в больнице пока не умер от тромба, оторвавшегося вследствие полученных травм в ДТП. Врачи его проглядеи, - я произнесла это довольно хладнокровно и жестко, не отрывая своего взгляда от его и на одном дыхании. – Врачи не смогли сразу распознать угрозу, и как следствие спасти его вовремя.
- Ты ни как не могла это знать, - прошептал режиссер.
- И тем ни менее, - опустившись рядом я в очередной раз тяжко вздохнула. – Думаете, мне легко осознавать факт того, что вижу призраков, да, еще и общаюсь с ними.
Я налила себе еще чая и отпила. В горле совсем пересохло. Стало трудно дышать.
- Думаю, вы и сами понимаете, что круг людей знавших об этом ограничен, ведь даже в прессе я не нашла информации. Все это приводит нас к тому, что я говорю правду. Хотя сейчас и это не важно.
Режиссер, молча, смотрел на меня, его взгляд был отрешенным. Я же не знала что делать. Продолжать? Или же дать ему время?