- Это все в голове не укладывается, - выдавил из себя режиссер.
- Будто я не понимаю.
Тут меня дернули за рукав. Обернувшись, я увидела племянника. Он попросил отойти с ним в сторону и дать дяде немного побыть одному.
Пока режиссер обескуражено сидел, его племянник поделился со мной той информацией, которая помогла бы убедить его в правдивости моих слов, окончательно. Мне стал известен секрет братьев, который они передавали друг другу, а потом и ему.
Это было так просто, что вводило в ступор. Узнав все, я истерично рассмеялась.
- Не думай, что я куплюсь на все эти бредни про призраков и прочее, - как-то слишком спокойно сказал режиссер, не вставая с места. Он даже не обернулся ко мне.
- Тогда мне остается только одно, - в эти слова я вложила всю свою решимость.
- Удиви меня.
- Ваш племянник, поделился со мной словами, которые когда-то сказали ему. Словами которые вы когда-то сказали брату. Словам, которые когда-то сказал вам ваш брат. Эти слова, - я сделала драматичную паузу. – Эти слова вы все произносили в трудные для вас минуты. В минуты, когда нужна была поддержка. И узнали вы их от своих родителей.
Пока я говорила, лицо режиссера постепенно менялось с усмешки на волнение. Он понял, что я точно знаю, то, что знали только пятеро, и в живых остался только он.
- Что это за слова. Я хочу их услышать, - никогда не видела его таким серьезным.
Сейчас, он воспринял все так, как я надеялась. Он поверил, а значит, появился шанс. Шанс спасти его
- «Кто-то, должен быть сильным».
Я сказала это четко, громко и уверенно. Что бы для сомнений не осталось места.
Режиссер слегка покраснел от поднявшегося давления и рухнул на диван.
- Вот же черт, - в этот момент, он, смеялся и плакал, закрывая лицо руками. А потом просто затих. В глазах его была пустота.
Видя, что он еще дышит, я, молча, оставалась рядом с ним, не смея тревожить.
«Когда-то давно, я сильно простудился. Брат за меня переживал больше обычного. Тогда, родители отвели его в сторонку от моей кровати и сказали «Ты должен быть сильным». Брат спросил: «Почему я должен быть сильным. Это не поможет ему выздороветь». Родители ответили: «Если ты будешь сильным, то сможешь поделиться этой силой с братом. И он поправиться. Кто-то должен быть сильным. Всегда».
Они думали, что я сплю, и ничего не слышу, но я слышал. С тех пор, брат больше не плакал, всегда и во всем поддерживал меня.
Когда умерли родители, я еще учился и не мог никому помочь. Брат поддержал меня словами, когда сказанными родителями. Именного тогда, я решил, что в свое время также поддержу его. И не только словами, а всем, чем смогу.
Когда в его семье начались финансовые проблемы, он мне ничего не говорил, чтоб не тревожить. А я не знал, как поддержать. Благодаря совету секретаря, нашлось решение. Те слова, сказанные мне ранее, я сказал ему, добавив, что не отступлюсь от принятого решения. Он, согласился с улыбкой и благодарностью на лице.
Для нас такие простые слова, стали своего рода оберегом.
Потеря брата и его жены, выбила меня из колеи. И вновь, благодаря секретарю, я смог стать сильной опорой уже для племянника. А вот трагедия с ним, меня окончательно добила.
Но в моем окружении, всегда находился тот, кто будет сильным ради других. Она моя сила, которой я делился с семьей. Так я думал долгое время. Поэтому и она стала моей семьей.
Но сейчас, этой силой стал совершенно чужой для нас человек. Я испытываю некоторое подобие шока. Полагаю, это свойство многих писателей. Чувствовать других, понимать и сопереживать. Возможно поэтому, я ей верю ее словам еще больше. Она этого заслуживает. Тем более, у нее нет причин мне врать, а узнать все она могла лишь от кого-то из нас. Хоть я и многое повидал за всю свою жизнь, но с подобным явлением сталкиваюсь впервые. Хотя… если подумать, я ничего и никого потустороннего не видел и не слышал. Но то, что она знает, заставляет верить.
Спустя время, он снова сел.
- Так в чем моя проблема?, - неожиданно спросил он. Его голос стал спокойным, лицо сосредоточенным.
Слегка опешив от такой перемены, я просто жадно глотала воздух ртом, пытаясь сказать хоть что-то.
- Куда же делся весь твой пыл, что ты ранее продемонстрировала?, - съехидничал он.
- Ну, знаете, издеваться надо мной в такой ситуации, подло, - очухавшись, парировала я.