- Тебе дали очередной шанс? Что ж, в таком случае, продавец вон там, - Оскар протянул слово «вон» и указал в сторону барной стойки, вдоль которой курсировал мужчина в тёмной одежде.
Грегори проследил его жест и зло дёрнул уголками губ, едко ответил:
- Думаешь, я сам не знаю, где продавец?
- Знаешь, не спорю. Но я тебе подсказываю, где ХОРОШИЙ продавец, а то купишь опять палёной дряни, и в десятый юбилейный раз могут не откачать.
В словесном бою Грег проиграл и, окинув ненавистного Шулеймана взглядом, удалился. Том стоял по стойке «смирно», ощущая боком тепло Оскара, и даже не пытался понять, что только что произошло – слишком сложно, слишком много. Только один вопрос напрашивался:
- Оскар, зачем ты сказал, что мы вместе? Я ведь правильно понял? – он посмотрел на Шулеймана.
- Правильно, наконец-то это свершилось.
- Зачем? – непонимающе повторил Том. – И почему ты меня бросил? – в голосе проскользнули недовольно-обиженные нотки.
- Ответ на первый вопрос – если бы я не вмешался, часа через пол тебя бы уже трахали, прижав к стеночке. На второй – я сюда отдыхать пришёл, а не быть нянькой и не отходить от тебя ни на шаг. Кто ж знал, что ты с такой скоростью найдёшь потенциальное потрясение для своей пятой точки.
- Он гей? – в шоке выдохнул Том, распахнув глаза.
- Грег? Нет. Но ему абсолютно без разницы, в кого или во что вставлять. Он абсолютно неадекватный торчок. В принципе, если бы был не он, а кто-то другой, я бы не подошёл. А так знаю, что – без шансов.
- Я бы с ним никуда не пошёл… - пробормотал Том.
- А идти никуда и не нужно. Завалил бы он тебя на том диванчике и всё, прощай детство во второй раз.
Том спрятал ладони подмышками, поёжился и с долей обиды спросил:
- Почему ты не сказал, что здесь опасно? Я бы не поехал.
- Здесь безопасно. По крайней мере, для нормальных людей, не обладающих особой сексуальной аурой, привлекающей всевозможных извращенцев.
В этот раз Том понял, что это был сарказм, но только потому, что не мог применить к себе определение «сексуальный». Он вновь поёжился и поникшим тоном обратился к Оскару:
- Можно я поеду домой?
- Нет, - ровно отрезал тот. – Я тебя предупреждал, что уедешь ты только со мной, а я тут до утра. Расслабься, Котомыш, - он похлопал Тома по плечу, встряхнул, - главного извращенца ты уже подцепил, и я его отвадил, так что дальше, если что-то и будет, то только по твоему желанию.
- Я не хочу.
- Тогда не соглашайся, всё просто. Всё, развлекайся и ни в чём себе не отказывай, персоналу говори, что со мной, если кто-то будет приставать – текст тот же самый. Понял? Вот и славно. А я пошёл.
- Ты куда?
- Отдыхать.
- Можно я с тобой? Я не буду тебе мешать.
- В покер умеешь играть?
- Нет.
- Тогда нельзя.
Оскар развернулся и направился в сторону игральной зоны, также имеющейся здесь. Том бросился было за ним, но через пару шагов остановился.
Началась игра. В перерыве между раздачами сосед слева, заметив растрепанную блондинку в блестящем голубом мини-платье, держащемся на одном честном слове, сказал:
- Британи никак не успокоится. Интересно, у кого на этот раз возьмёт?
Шулейман также глянул в сторону девушки и проговорил:
- Да уж, печальная картина: спивающаяся звезда прошедших лет, отчаянно желающая вернуть былую популярность и ищущая, на чей член присесть, чтобы ей в этом помогли. Она же в прошлый раз у тебя сосала в туалете, когда заснула?
- Нет, - поморщился парень, - я бы ей не дал. Судороги ещё начнутся, и откусит, она же залитая по горло. Или блеванёт.
В скором времени в клубе появился и Эванес, приехавший прямиком из аэропорта, чтобы успеть на встречу тусовки. Он сразу подошёл к столу, пожал руку Оскару, поздоровался с остальными и, сделав заказ и сунув в рот сигарету, присоединился к игре.
Игра продолжалась. Ставки повышались в геометрической прогрессии. Пустели бокалы и бутылки. Дым взвивался к потолку и таял. Полночь. Заполночь.
Эванес перешёл на сигары и, держа её в руке и смотря в свои карты, произнёс:
- Надоело уже играть на деньги, скучно. Может, сменим ставки?