- На желания сыграем, как в детстве? – усмехнулся Шулейман.
- Тоже неплохая идея. Но я предлагаю тебе поставить на кон твоего Тома.
- Ты серьёзно? – неверующе и пренебрежительно отозвался Оскар.
- Абсолютно. А что? Я не единственный, кто бы не отказался, так сказать, раздеть его.
- Я не буду на него играть.
- Почему? Я же ставил свою помощницу… не помню её имени. Ту, милашку с грудью.
- Это должно меня к чему-то обязывать? То было твоё решение, а своё я уже озвучил.
- Не будешь, значит, ставить его?
- Не буду.
Остальные игроки не вмешивались и постепенно разошлись на перерыв, оставив закадычных друзей вдвоём.
Эванес бросил карты и подошёл к вопросу с другой стороны:
- Оскар, я понимаю и принимаю твою принципиальную позицию, но дай мне его на разок. Вне игры.
- Ты до сих пор не успокоился? И он не спит, если ты не заметил.
- То своё желание я уже исполнил. А сегодня посмотрел на него снова и понял, что хочу его попробовать. Не важно, как.
- И что ты в нём такого нашёл, что тебя так заклинило?
- Ты же что-то нашёл, что перевёл его из прислуги в любовники и чуть ли не спутники жизни.
- Про себя я знаю. А вот ты вводишь меня в недоумение. Объяснишь?
- Не знаю даже… Эти глаза огромные, это выражение лица – словно всё время удивлённое или испуганное, - блондин говорил, а глаза горели энтузиазмом похоти. – Представляю, какое у него лицо в постели!
- Ты этого никогда не узнаешь, - фыркнул Оскар и закурил.
Эванес сощурился:
- Брось, Оскар, мы же взрослые люди. Что ты хочешь за него? Ты хотел мою сестру? Пожалуйста, забирай! Хочешь, я сам привезу её к тебе и подпою предварительно.
- Очень заманчиво, конечно, но твоя сестра не стоит Тома.
- Не стоит? Девочка самый сок, восемнадцать лет на днях исполнилось! Причём реально ещё девочка.
- Тем более. Я с девственницами не связываюсь.
Блондин вновь прищурился, постучал в задумчивости пальцами по столу.
- Неужто любовь? – спросил он.
- Неужто да.
- А если он сам пойдёт со мной, ты отдашь мне его?
- Он с тобой в жизни не пойдёт, - с усмешкой фыркнул Шулейман.
- А давай проверим? Спорим, что Том пойдёт со мной? Если я выигрываю, то на эту ночь он мой, а утром сам решай, принимать его обратно или нет.
- Интересно, - усмехнулся, поведя подбородком, Оскар. Прямо посмотрел на друга: - Но мне с этого спора какой понт?
- Если я вдруг проиграю, я исполню любое твоё желание. Совсем любое.
- Так хочешь его?
- Очень.
- Без препаратов уговаривать будешь.
- Без, даю слово. По рукам? – блондин протянул ладонь.
- Погоди. Послушай сперва моё желание. Если ты проиграешь, то ты откажешься от папиного бизнеса.
Оскар не сомневался в том, что Эванес спасует, слишком уж высока ставка. Но тот подумал и ответил:
- Я согласен.
- По рукам, - Шулейман пожал ему руку. – Это прозвучит пафосно, но в этом смысле я в Томе уверен больше, чем в самом себе. Обещаю навещать тебя в приюте для нищих.
- Посмотрим. Разбей! – приказал Эванес проходящему мимо официанту.
Он окинул просторный зал взглядом и отправился на поиски Тома. Том был в туалете, стоял, подперев плечом стену, отдыхал от шума и толпы. Когда открылась дверь, он обернулся.
- Том? – удивлённо проговорил Эванес. – Ты ведь Том, если я не ошибаюсь?
- Да, Том.
- Рад тебя видеть. Хотя тут как посмотреть.
Том не понял, к чему была вторая часть высказывания. Эванес отошёл к раковинам, долго мыл руки, затем, вздохнув, словно не был уверен, нужно ли говорить, развернулся к нему и сказал:
- Наверное, это не моё дело, но ты правда согласился на идею Оскара?
- Да. Я же здесь, - Том думал, что тот имеет в виду их с Шулейманом выезд в клуб.
- В принципе, ничего такого. Но это немного не вяжется с тобой. Ты не производишь впечатления человека, который подписывается на подобные вещи. Но первое впечатление бывает обманчиво, в тихом омуте, как известно… - парень коротко и негромко посмеялся. – Молодец.