- Сначала это казалось забавным, но теперь начинает пугать, что ты постоянно упоминаешь что-то, что было, но чего не было.
Чера помолчала две секунды и добавила:
- И даже если нас поймают, нам всё равно за это ничего не будет. Это же не тюрьма. И мы не преступники.
«Мы не преступники» - эхом, отчаянным светом отозвались в голове Тома её слова. Она встала, поманила рукой:
- Пойдём.
Никто снова не обратил внимания на их уход, в данное время было позволено перемещаться внутри здания свободно [почти]. Когда они подошли к выходу на лестницу, Том спросил:
- К чёрному выходу?
- Ты тоже про него знаешь? – неподдельно удивилась девушка, затем посмеялась: - Хотя неудивительно, раз ты здесь так долго.
Том промолчал, но потом, почти через минуту, когда комок слов правды упёрся в горло, всё-таки ответил:
- Я не знал о нём. Ты мне его показала.
Чера остановилась, посмотрела на него внимательно, без улыбки на губах и её смешинок в глазах. Во взгляде её читалась помесь удивления с возникшим допущением, что он говорит правду, и её прекрасный мир не совсем такой, как она думает.
- Я показала? – переспросила она.
Том растерялся – и от взгляда в глаза, и от непривычной серьёзности, но отступать было некуда, только если снова позорно сбежать.
- Да, ты, - немного неуверенно от волнения ответил он. – Могу показать, какой дорогой мы шли. Ты… вспомнишь.
Он сконфуженно нахмурился, думая, что только что сказал. Но Чера, вновь став улыбчивой и лёгкой, согласилась:
- Покажи. Интересно же посмотреть.
Том запутался, куда им идти, делал шаги то в одну сторону, то в другую, но в итоге всё-таки вывел их к той лестнице, по которой они спускались в день первого знакомства, толкнул дверь.
В этот раз Чера не бежала, шла рядом, отставая на одну ступеньку, и поглядывала на него. А Том сам не понимал, зачем затеял это, и донельзя не привык быть ведущим, до дрожи в руках. Молчал и смотрел под ноги; почему-то всё время казалось, что шаги рядом вот-вот стихнут, а Чера развернётся и уйдёт.
Он бы сам ушёл, если бы кто-то так упрямо насаждал ему правду, которой он не понимает и которую не может принять.
Задумавшись, Том оступился. Чера подхватила его под руку.
- Осторожнее! – воскликнула она. – Не нужно зубы на ступеньках оставлять, - улыбнулась и чуть погладила по руке, которую держала.
- Спасибо, - Том не нашёл, что ещё сказать, и осторожно высвободил руку, потому что от такой близости и ощущения тепла сердцебиение зашкаливало. – Я бы не упал, - добавил зачем-то, возобновив движение.
Они спустились на цокольный, пыльный, этаж. Том открыл дверь и ступил в просторный коридор, Чера последовала за ним, сунула ладони в карманы, тоже отчасти заразившись неловкостью, продолжала бросать на него взгляды.
Когда они вышли к нужной двери, Том указал на неё ладонью, непонятно для чего скомкано поясняя:
- Чёрный выход.
- Да, я знаю.
Чера, подойдя к мутному окну и поднявшись на носочки, выглянула на улицу. Затем развернулась к ведру-пепельнице, подняла его, оценивая количество окурков.
- А ты не куришь? – спросила, подняв к Тому взгляд. Он отрицательно покачал головой. – И правильно, дурная привычка, - она поставила ведро на место. - Но я, если честно, иногда придаюсь ей, - с лёгкой улыбкой снова посмотрела на него.
Они вышли на улицу, как и в первый раз, устроились около задней стены на влажной траве, из-под которой веяло холодом остывающей после лета земли.
- Нужно было куртку взять, - сказала Чера, поёжившись, и обняла себя за плечи. Повернулась к Тому: - Может быть, погуляем? Холодно сидеть.
- Да, холодно, - согласился он, у самого за пару минут руки озябли.
Санитары во дворе были, но курсировали в парадной его части, потому они удачно не пересекались, будто находясь в разных мирах. Когда же они появились в поле зрения, парень с девушкой спрятались за деревом. Чера, приглушённо посмеялась, выглядывая из-за ствола: