Сара не думала об этом раньше, у нее слишком болело сердце от его предательства. Но после того как она встретила Джеррета, после того как полюбила его, Сара поняла, что то, что она испытывала к Тони, не было любовью. Если бы они даже поженились, это все равно не продлилось бы долго. Их отношения были слишком скучными, пресными. Они не испытывали никаких ярких переживаний даже в самом начале. Так как же можно было рассчитывать на счастье с ним на всю жизнь?
Он взял ее за руки и пытливо посмотрел на нее.
— У тебя есть кто-то еще, Сара?
Сара покачала головой. Ни к чему было рассказывать ему и матери о Джеррете. Возможно, она любила Джеррета, но он не испытывал к ней ничего такого же, ничего глубокого и значительного, поэтому не было смысла говорить об этом.
— Никого у меня нет, Тони, — печально ответила она.
Он оживился.
— Значит, у меня еще есть шанс?
Сара поморщилась.
— Тони, пожалуйста, оставь свои надежды. Между нами все кончено, действительно все. Ты мне симпатичен, но я не люблю тебя и не хочу начинать все заново.
— Ты говоришь это серьезно?
Сара кивнула.
Он тяжело вздохнул.
— Я был идиотом, полным идиотом, и теперь потерял тебя.
— Мне жаль, Тони, — прошептала Сара, бросив на него виноватый взгляд своих зеленых глаз.
— Гораздо в меньшей степени, чем мне, — грустно заметил он.
В этот момент в комнату вошла мать, неся поднос с чаем. Она с удовлетворением заметила, что Тони держал ее дочь за руки. Но Сара немедленно вырвала их и отодвинулась от него. Разговор перешел на коттедж «Жимолость» и возмутительные претензии Джеррета Брента.
Сара ничего не сказала ни о предложении Джеррета подарить ей коттедж, ни о том, что она собиралась вернуться туда в конце следующей недели. Было еще чересчур рано для таких откровений. Слишком на многие вопросы пришлось бы отвечать и слишком много рассказывать.
Она собиралась пойти завтра на работу и подать заявление об уходе. Так будет лучше. Хотя, как сказал Джеррет, тридцать миль было небольшим расстоянием, Сара по-прежнему считала, что было бы лучше найти работу поближе к Амплесвейту.
На минуту ей показалось ужасным то, что она скрывала свои планы от матери, но Сара знала, как та прореагировала бы на них. Она захотела бы узнать каждую подробность: почему Джеррет сделал это предложение, было ли что-нибудь между ними, если нет, то это слишком щедро, и у него должна быть скрытая цель. Можно ли ему доверять? Каким он был человеком? И так далее.
А если бы Сара осмелилась сказать матери, что он был сыном Вильяма Армстронга-Брента, та бы кинулась туда, чтобы выяснять с ним отношения. А Сара не хотела этого, она желала сама иметь дело с ним. Может быть, она расскажет обо всем матери, когда все будет улажено, когда она переедет, когда полностью выяснит, что скрывалось за его предложением. Но только не сейчас.
Наконец Тони ушел, заявив, что еще зайдет повидаться с ней. Ее мать закончила обсуждать тему коттеджа и Джеррета Брента, и в конце дня у Сары появилась возможность свалиться в постель.
Спала она плохо, слишком много впечатлений пришлось ей пережить за день, и на следующее утро мать, увидев темные круги под глазами, потребовала объяснить, что с ней происходит.
— Думаю, что я переутомилась, — ответила Сара. — Я не могла уснуть.
— Ты ведь не переживаешь из-за коттеджа?
— Конечно, нет. — И это была правда.
— Тогда это из-за неправильного питания. Господи, как ты могла существовать без электричества? У этого человека, вероятно, птичьи мозги, если он предложил тебе там жить до выяснения вопроса. Но ничего, я приготовила хороший завтрак.
Сара не хотела есть, но послушно очистила тарелку. Затем вывела «фиесту» из гаража и отправилась на работу, поблагодарив мать за то, что та позаботилась о ремонте машины в ее отсутствие.
Мистер Джеймс, ее работодатель, был рад ее возвращению, но, когда она сообщила о намерении уволиться, он был потрясен.
Следующие несколько дней тянулись до невозможного долго. Сара постоянно думала о Джеррете. Он стал центром ее вселенной, и как бы она ни старалась выкинуть мысли о нем из головы, ей это не удавалось. Встречался ли он с Джой? Были ли это всего лишь слова, когда он сказал, что полностью порвал с ней? Отпустит ли его Джой или будет бороться за него?
Тони заходил к ней намного чаще, чем ей того хотелось. Похоже, ему было трудно воспринять отказ, и на следующий вторник он предложил ей пойти в кино и в «Макдональдс».
Это было не то, что хотелось Саре, но поскольку оставалось только два дня до ее отъезда, ей показалось невежливым отказываться. Она была необычно тиха, и нельзя было сказать, что вечер прошел удачно. Когда они сидели в «Макдональдсе» за гамбургерами и картофелем-фри, он спросил ее, что случилось.
— Я знаю, что нет никакой надежды на то, что мы снова будем вместе, — сказал он. — Я смирился, но есть кое-что еще. Всю эту неделю ты была не похожей на себя. Ты все еще переживаешь из-за коттеджа? Ты разочарована тем, что твоя бабушка продала его?
— Огорчена тем, что ей пришлось сделать это, — резко поправила его Сара. — Вообще-то, я поеду туда в субботу.
Он нахмурился.
— Зачем? Я думал, что поверенный занимается этим делом. Что тебе там делать? Хочешь, я поеду с тобой? Я могу…
— Нет, все обстоит иначе, — через силу сказала она. — Понимаешь… на самом деле я собираюсь там жить постоянно.
Он нахмурился и покачал головой, не веря ее словам.
— Что?
— Я уволилась с работы, — объявила она. — Я собираюсь жить в Апмлесвейте.
— Я не понимаю, ведь коттедж не твой. — Его глаза потемнели от возникшего подозрения. — Джеррет Брент, да? Это как-то связано с ним? Ты влюбилась в него, да? Вот почему ты не хочешь вернуться ко мне. Ты солгала, когда сказала, что у тебя никого нет.
Он говорил повышенным тоном, многие уже смотрели на них, и Сара предвидела крупную ссору, если бы не сдержалась. Ей хотелось сказать, что это он бросил ее ради кого-то еще, что глупо было ожидать, что она спокойно воспримет это, но вместо этого тихо произнесла:
— Все совсем не так.
— Ты хочешь сказать, что он позволил тебе остаться там по доброте сердечной? — насмешливо спросил он.
— Именно, — ответила Сара. Она не хотела усугублять положение и не сказала, что Джеррет подарил ей коттедж. — Он был в очень хороших отношениях с моей бабушкой, и когда узнал, что она изначально хотела, чтобы коттедж стал моим, то предложил мне пользоваться им, сколько я захочу.
— Без всяких обязательств? — Тони говорил нехарактерным для него едким тоном. Сара понимала, что он был глубоко уязвлен.
— Никаких обязательств, — мягко ответила она.
Он тяжело вздохнул, видимо, наконец смирившись с тем, что потерял ее.
— Если ты поступаешь так, чтобы избавиться от меня, Сара, то в этом нет необходимости. Я уйду из твоей жизни, если ты так хочешь.
— Это не из-за тебя, Тони. — Ей было до слез жаль его, но поделать она ничего не могла. Она дотронулась до его руки. — Мне всегда нравился коттедж «Жимолость», и, когда Джеррет предложил мне жить в нем, я ухватилась за эту возможность.
— Твоя мать знает об этом?
Сара покачала головой.
— Она не будет в восторге.
— Я знаю. — Сара скривила губы. — Она является еще одной причиной моего отъезда. Я осталась с ней после смерти отца, потому что чувствовала, что ей было бы трудно одной, а мои сестры вышли замуж. Но никому из нас это не принесло радости. Сейчас она в хорошем состоянии, и самое время покинуть гнездо. Пора моей Матери понять, что я не могу жить с ней вечно.
Они закончили еду, хотя никто из них не получил от нее удовольствия. Тони проводил ее до дома. Когда Сара сообщила матери о своих планах, пожилая женщина пришла в ярость.
— Как ты можешь так поступить со мной?! — кричала она.
Их спор продолжался допоздна, и когда в субботу после завтрака Сара загружала свои вещи в машину, мать не разговаривала с ней.