Табаков в знак дружбы подарил ему Чуваша, потому что ему уже за жизнь хватило Татара и отца Татара Чукчи, а Махоркин был и не против, он любил котов, вот только их не возьмёшь с собой в полёт, а Чуваша можно было взять.
Такие дела.
Глава 6: До свидания, Венера!
«Ну, нагулялся?» – то ли не довольно, то ли грустно спросил Табаков подбегающего к нему Махоркина.
«А Вы?» – улыбаясь, ответил он.
Табаков слегка улыбнулся и подошёл к бригадиру, дабы осведомиться, всё ли готово к полёту.
«Цистерна» стояла заправленная, кое-где подлатанная, готовая к полёту на все сто двадцать процентов. Махоркин уже залез внутрь, чтобы запихнуть Чуваша в его переноску. Чуваш не то чтобы сопротивлялся, просто он недовольно мяукал и иногда, совсем редко, начинал огрызаться, издавая шипение. Конечно, взлёты были не менее тяжёлыми, чем посадки, но именно Чувашу они от чего-то давались легче.
Махоркин, не дожидаясь Табакова, сел в кресло и пристегнулся. Он стал проверять панель управления, хотя чего её было проверять, если к ней даже не прикасались. Он включил несколько систем, потыкал кое-какие кнопочки, и нечто в «Цистерне» забарахлило. Он начал что-то настраивать, глядя на приборную панель.
Минут через десять к нему в кабину вошёл Табаков. Он сел на своё место и тоже что-то включил. Потом он посидел, держась за рычаг старта, пристегнулся и стал проверять, не сбились ли некоторые его личные приборы, стоящие на панели номер два. «Всё готово?» – спросил он. Махоркин лишь хмыкнул и покивал головой. Они подождали, пока все уберутся с площадки, и вместе, как братья, потянули за рычаг.
Двигатели «Цистерны» со страшным воем завелись, а после весь корабль начало трясти. Понемногу стало ощущаться то, как «Цистерна» медленно отрывается от земли.
Махоркин нажал что-то на панели, и «Цистерна» оторвалась ещё сильнее. Она стала медленно взлетать, и они уже могли видеть, как отдаляются от платформы.
«Прощай, Венера!» – сказал Махркин и переключил два рычажка. «Цистерна» полетела ещё быстрее, и совсем скоро они покинули атмосферу Венеры. Махоркин сразу взялся за переключатели, а Табаков принялся настраивать автопилот. Махоркин закончил с переключателями, включил искусственную гравитацию, отстегнулся и подошёл к Чувашу. Он открыл клетку и достал его оттуда. Чуваш потянулся, мяукнул, прошёлся и прыгнул на панель управления. Там он и уснул.
«Цистерна» развернулась в нужную сторону и понемногу стала плыть в космическом пространстве в сторону Земли.
«Через полгода будем на Земле», – сказал Табаков, отстегнувшись и откинувшись в кресле.
«Прощай, Венера!» – снова произнёс Махоркин.
Они оба смотрели в огромный лобовой иллюминатор на Венеру, лишь изредка Махоркин переводил взгляд на Чуваша и что-то еле слышно шептал себе под нос.
Глава 7: В космическом пространстве
Какая самая большая проблема, когда ты находишься в замкнутом пространстве, где не разгуляться особо? Нет, не клаустрофобия, хотя она определённо начинает одолевать в какой-то момент. Стоит сказать, не сразу осознаешь, что находишься в огромной бочке с полезными ископаемыми посреди бескрайнего космоса, и слово «бескрайнего» стоит подчеркнуть. Один, в замкнутом пространстве, посреди космоса, летишь куда-то, доверившись автопилоту, который может или отключиться, или сбиться, одним словом, подвести. И ведь от тебя по сути зависит всё, но в то же время совсем ничего.
Так вот, самая большая проблема – это скука. Да, обычная скука. Полгода ты в замкнутом пространстве посреди космоса, где особо нет ничего интересного, по крайней мере в пределах твоего маршрута. А в «Цистерне» тоже нет ни черта. Или вот скажем, можно было бы им, краткомаршрутчикам, коими и являлись Табаков с Махоркиным, ибо летали на не такое уж и огромное по космическим меркам расстояние, погружать себя на время полёта в искусственный сон. Но ведь нет. Оборудование, видите ли, слишком дорогое, чтоб устанавливать его на каждую «Цистерну», потому только те, кто летает очень и очень далеко имеют возможность так сделать. Краткомаршрутчикам же легче просто напихать в корабль кучу баллонов с кислородом, и пусть как хотят, так и развлекают себя всё то время, что будут лететь. Такими темпами и с ума сойти недолго, правда? Удивительно, как у Махоркина с Табаковым до сих пор крыша не поехала? Но чего удивительного? «Привычка свыше нам дана, замена счастию она…», верно? Да, они просто от безысходности привыкли к тому, к чему привыкнуть, казалось бы, невозможно. Они привыкли к скуке.