У меня подгорает. Просто полыхает! Я хрумкаю тостом, доедаю омлет - и меня снова тошнит. Но не от еды. А этого слизня…
- Со мной поговори! - рявкаю я.
Он резко поворачивается. И выдает:
- Ника не желает вас видеть!
Ишь ты, мля.
- А че это мы вдруг стали на “вы”, сучка ты трусливая?
- Вы меня оскорбляете!
- Именно.
- Уходите! Вам тут не место!
Как он отвратительно визжит!
Не, ну как бы норм, че, годная стратегия. Для маминой писи. Он точно знает, что физических сил у него не хватит. А от визга у меня может заложить уши и я покину помещение… Ха-ха.
Он, может, внешне и не совсем дохляк. В своем пинджаке даже может смотреться солидным мужчиной. На что Ника и повелась, видимо. Но, мля… это комнатный плюгавый мужчинка. Такой может только на телевизор орать и жену гнобить.
- Мне здесь нравится, - говорю я.
И поудобнее разваливаюсь на стуле.
- Вы не имеете права находиться в этой квартире!
- Похрен.
- Я сейчас полицию вызову!
Я громко ржу. Училка выдает реакцию ожидаемого возмущения. Но я же вижу, что ей самой тошно от Валерчика. Который берет в руки телефон и спрашивает ее:
- Как звонить в полицию с мобильного?
- Валер, не надо…
Он знает, что проиграл. Облажался в разы круче, чем я сегодня.
И это так греет мою душу… И мой угомонившийся от Никиного омлета желудок. Да у меня даже башка меньше трещит!! Стоило лишь унизить соперника.
Хотя какой он мне нахрен соперник? Если она предпочитает такое чмо - значит, сама чмошница.
Я поднимаюсь. Для Валерчика это неожиданно, и он шарахается. Шакал трусливый! Я беру в руки сковородку. Он вжимает голову в плечи и судорожно жмет на кнопки мобильного, пятясь назад. А я…
Просто разворачиваюсь к нему спиной. Лицом к раковине. Стою, слушаю, как голос в его телефоне вещает что-то вроде:
- Вы позвонили в отделение полиции. Говорите! Что случилось?
Валерчик засунул язык в жопу и молчит. А потом сбрасывает звонок.
Потому что я просто мою посуду.
Да, я наглая хамская скотина. Я вламываюсь на чужие кухни и съедаю чужие завтраки. И я не говорю “спасибо” за заботу, когда мне приносят таблетки и айран.
Но зато я очень чистоплотный и убираю за собой. Тщательно мою сковородку, вилки, тарелки. Кружку, из которой Ника пила кофе и турку, в которой она его варила. А что? Раз начал, надо, чтобы все участники процесса качественно кончили. Таков мой девиз по жизни.
Я протираю стол и вытираю руки полотенцем. Аккуратно вешаю его на сушилку. Оборачиваюсь. Даже не смотрю на охеревшего Валерчика. Смотрю на Нику.
Ой, мля!
Губы надула. Руки на груди сложила. Ну чисто училка у доски. Убивает презрением главного хулигана и двоечника.
И, кстати, она так похожа на мою химичку… А химичка у нас была - м-м-м! Девчонка прямо из института, с третьим размером и выпуклой задницей. Мы всей параллелью одиннадцатых классов на нее дрочили. До сих пор мне в эротических снах снится. Такое там вытворяет…
А эта Никуся… Да она же, по-любому, даже сосать не умеет. Это я сегодня спросонья на что-то надеялся. Если бы сам не обломался, она бы меня точно обломала. Ее еще учить всему придется… Нафиг надо.
Не, пусть она с тухлым Валерой играет в старперские отношения. Он ей хризантемы с маминой грядки, она его по головке погладит. По верхней, естественно.
Меня такой расклад никак не устраивает. Я парень горячий. Мне нужен жесткий трах.
Ну все. Я пожрал, посуду помыл. Валерчика унизил. Можно и валить.
Прохожу мимо училки, стоящей в дверях с этими своими сложенными руками. Задерживаюсь на секунду. И - внезапно беру ее за шею. И жестко засасываю.
Успеваю обхватить за талию, впечатать в себя, засунуть язык ей в горло… Пусть почувствует. Напоследок.
Да, на мне вчерашняя рубашка, в которой я потел всю свадьбу и не очень свежие носки. Зубы я чистил без зубной щетки и от меня несет перегаром. Ну вот так вот, мля, ощущается настоящий мужик!
Запомнила? А теперь забудь! Нюхай своего надушенного Валерчика.
19
Ника
У меня нет слов. Одни звуки.
- А… Э... Мэ…
Пока я мычу, он окончательно отрывается от моих губ, разжимает тиски железных объятий, произносит:
- Чао, детка!
И просто уходит в закат.
А я… стою, держусь за стеночку. Потому что голова кружится. И коленки подкашиваются. И в животе что-то такое происходит…
- С тобой все в порядке? - слышу голос Валеры.
Валера… С трудом вспоминаю, кто это.