Мужики подняли бронзовых змей на стены, успели закрепить и стравить давление из форсунок, когда по дороге запылило войско Юрия и Давыда.
Правду сказать, зрелище вышло не для слабонервных. Хоть все конники и двигались шагом, напор такой толпы казался зловещим. Поспешающие за кавалерией разномастно одетые пехотинцы, нагруженные походным скарбом, тяжело шагающие по колено в пыли, двигались так, что земля дрожала при их приближении. Я поднял с земли сумку с инструментами, закинул на плечо рабочий фартук, уже привычным движением пригладил бороду и отошел чуть в сторону от наезженной дороги в тень невысокой стрелковой турели; деревьев на этой пустоши уж давно не осталось, последнее, на моих глазах, выдрал Наум. Два стрелка из Мартыновского отряда, всего в десятке метров за моей спиной, вроде как невзначай, устроились у ограждения рва. Вымуштрованные ребята сноровисто снарядили запалы ракетных установок, зарядили арбалеты и замерли в ожидании моего сигнала. Наум, прислонившись плечом к приоткрытой створке ворот, невозмутимо разглядывал нагрянувшее воинство, пожевывая зубами какую-то веточку или травинку. Зная его, я был уверен, что за воротами уже притаилось не меньше взвода его головорезов. И на башнях затихли разборки, только слышно было как шипит клапан ресивера, стравливающий излишнее давление. Да невзначай опустились на линию обстрела змеиные головы.
С муромским князем Давыдом я не знаком; как-то не пришлось. Епископа Василия тоже не знал, но много о нем слышал. А вот Юрия, и Алексия, я признал сразу. Вскинув вверх руку, Давыд, явно рисуясь, велел войску остановиться и придержав коня, учтиво пропустил вперед Юрия с Алексием.
— Здрав буде, Аред-варяг, — прохрипел Алексий, с блаженным выражением на лице покидая седло. — Все ворожишь! Богохульник! А мы с горькой вестью пожаловали, пришли совет с тобой держать.
— Что ж всей армией испрошать моего совета изволите?
— Да мы и на гостиный двор проситься не станем, спешим к ночи до Рязани. То князья свои дела решают.
— На гостиный двор милости прошу, боюсь только, не всем места найдется, такому войску — пояснил я, — тесноваты мои стены. А что за весть?
— Батюшка наш, князь Ингвар, преставился. Мы уж отпеть его успели…
— Это мне ведомо, — ответствовал я без особых эмоций, — только, мне то что за дело до усопшего князя?
— Так как же! — возмутился было Алексий. — Стол то нынче пуст, Юрию самое время дела брата в свои руки…
— Не мое дело, — повторил я совершенно безучастно. — Самое время, так пусть берет. Я с Ингваром дел не имел, он был сам по себе, я сам по себе. Возьмет Юрий стол, так-то его право. Погонит бояр, и то его право. Моя крепость вон, глянь — на отшибе.
— Твоими стараниями Коварь Рязань нынче разорена, в нужде, а мне как псу с отбросов побираться! — Вмешался в разговор Юрий, явно повышая тон беседы.
— Послушай князь! Я купцам даю хороший товар. В моих складах он хранится надежно и верно. Стены высоки, каменные, и до Рязани мне нет дел как вон карасю до жарких углей! Не ты ли князь шесть лет назад тот град воевал? Не ты ли восточную стену развалить пытался!
— Я законное место свое брал! Свою вотчину воевал! — взбеленился Юрий еле сдерживаясь.
— Так получил! Что тебе еще надо? От меня-то ты чего хочешь? Денег на восстановление крепости я тебе не дам. Крутись как знаешь. При братце твоем бояре всю казну опорожнили, и тебе пустой кошель оставили, так с них и спрашивай.
— Не ты ли боярина Дмитрия холоп⁉
— А где это видано, чтоб боярин у холопа взаймы брал! Ты князь дурака не валяй, умно дело поставишь, так может и сподобишься стены починить. Да только ведомо мне, что этой же зимой, если не раньше Рязань твою пожгут, тебя самого убьют, как и всех братьев твоих. И Давыда Муромского, и Федора Коломенского и семьи ваши. Если только не прекратите друг дружке глотки рвать за власть. Тоже мне удовольствие, владеть почти обезлюдевшей пустошью. Вместо того, чтобы жить в мире и согласии, выгодно торговать и народ размножать мудрым правлением, убиваете друг друга нещадно и людей своих губите зазря. Кто же вас, убогих, кормить, поить будет, коль изведете все под корень, а? Проклянут вас на все времена как извергов и душегубов! Вы этого хотите⁈ Если нет, то предлагай что-нибудь разумное, тогда помогу без всякой корысти.