— Не скули дедуля! Ступай к доченьке своей любимой и внуку ненаглядному. Небось соскучился, а? И вообще, ведешь себя как неродной. Мой дом — твой дом! Отдохни, в баньке попарься! А за обедом мы с тобой одно дело обсудим — тебе понравится! Все потерянное с лихвой вернешь! Важным человеком станешь! В конце концов, ты все же на своей земле, а в обиду я тебя не дам! — и подхватив бережно под локоть повеселевшего боярина проводил его до дома. По пути он все порывался выпытать у меня, что за дело я хочу ему предложить. На что получил ответ: — Готовь боярин сундуки — «богачество» складывать!
Позже, когда вконец умиротворенный боярин, после трогательной встречи с дочерью и внуком, горячей баньки и сытного обеда; блаженно развалясь на подушках, все же не забыл про обещанное мною дело и вскинувшись, пристал с расспросами. Пришлось допоздна втолковывать ему азы банковского дела, объяснять устройство страховых и акционерных обществ, что представляют собой ценные бумаги. С боярина мигом слетело уныние и хандра.
Еще больше он воодушевился, когда я пообещал снабдить его начальным капиталом. Я посоветовал ему основать страховое общество, как наиболее перспективное. Торговцы охотно будут платить взносы, за возможность без потерь заниматься своим делом. Охрану торговых караванов, я обеспечу.
Кредиты купцам из моей казны давались и раньше, но от случая к случаю. Порядка и учета особого, в этом деле, не было. Хлопнули по рукам — вот и вся банковская операция. Поэтому, придется основать настоящий банк.
Надо отдать должное боярину, он серьезно взялся за это дело. Связей в торговом мире у него предостаточно, все знали его деловую хватку — своего барыша он не упустит, но на чужое — не позарится. Схитрить по мелочи — может, но все в рамках допустимого.
Я был доволен, что пристроил к делу тестя и заодно спихнул на него все денежные дела и расчеты. Стало больше времени заниматься основными проблемами.
Глава 16
Мне становилось не по себе, когда был вынужден хоть на короткое время покидать крепость. И вроде бы не было причин для беспокойства, но что-то внутри сжималось, замирало в волнении, когда выходил из-под защиты крепких стен. Настороженность хищника, покидающего свое логово, необъяснимая тревога без видимой причины. Все чаще ловлю себя на мысли, что так и продолжаю выживать, как в первые дни, когда только попал в это дикое и жестокое средневековье. Хотя и обзавелся семьей, делом, домом. Многое успел узнать и понять, но все равно действую на каком-то пределе, на грани возможностей. Не живу, а существую во имя поставленной цели. Откладываю жизнь на потом. Хотя, подозреваю, что это и есть ее смысл. Наверно все зависит от характера. Ну что поделаешь⁈ Вот такое я г… но! Знания о будущем сделали меня ответственным за все, что происходит и еще произойдет. И я взял и тащу эту ответственность. Не жалея собственных сил и людей, меняю ход истории. Меня не заботит, прав я или нет в этой ситуации. Должен ли биться насмерть за землю предков или отсидеться в стороне, пустив все на самотек. Пусть тот, кто создал таинственный прибор, ковыряющий дыры во времени, принимает на себя ответственность, а я буду действовать, так как мне подсказывает совесть и обстоятельства.
Наум с мастерами выволокли буер на тонкий лед, спустив с высокого берега на излучине реки. Холодный ветер дул с севера, и этого ровного потока должно быть вполне достаточно, чтобы сдвинуть с места тяжелую конструкцию.
— Как же ты батюшка один в трудный путь? — беспокоился Наум, суетливо проверяя на прочность крепления деталей и узлы на веревках, — Вот хоть бы я с тобой по реке пойду, или Мартынка. А то, кого из стрелков возьми.
— Не бухти, Наум. Олай опытный разведчик, да и заметность нам ни к чему. Приду тихо в Рязань под вечер, в сам город, может, и не пойду даже. Встретимся с разведкой на мысу, да поглядим, что дальше станем делать. Олай останется послов дожидаться, а я ворочусь под утро. Надо обстановку в городе самому посмотреть.
— Да ты хоть бы коня взял…
Укоризненно зыркнув на Наума, я упер руки в бока и насупился. Понурив голову, тот заткнулся. Хотя его опасения, на мой счет, были вполне понятны. В округе сыщется не одна сотня недругов, которые завидев меня одного, пожелают поквитаться за свои обиды.
Ветер усилился, повалил мелкий снег, и я поторопился с отбытием. Закинув арбалет в седельную сумку вместе с запасом стрел, я запахнул шубу, удобно устроившись на продольной раме и, подтянув перчатки, схватился руками за рычаг тормоза.