— Собираясь в поход, мой муж не спрашивает у меня дозволения, дорогая тетя. — Сказала, как отрезала Хильда. — Он сам король, и ты слышала его слова. Вернуть трон истинному потомку Бьерна по мужской линии, было бы великой честью, и Урге готов оказать эту честь.
— Но пока король он! Ведь так Урге⁉ — Эгиль распахнула шерстяную накидку, демонстрируя всем собравшимся крепкую кольчугу под ней, и широкий кинжал, закрепленный в ножнах на поясе. — Я знаю, что скверна характером, и что ты сам и все твое окружение, не очень-то будут переживать, если я сгину в Гардарике, так что невелика потеря, мой король. Оставайся в своих землях, на своем троне, а я отправлюсь по пути Олава и привезу тебе доказательства или сгину бесследно, на радость тебе и твоим «заклятым друзьям».
— Как бы я к тебе ни относился, — пробурчал Урге, видимо приняв окончательное решение, — Ты все же тетушка моей жены, и я не могу позволить тебе отправиться в путь одной.
Ульвахам с готовностью шагнул вперед, и вся его команда дружно встала из-за столов. Урге одобрительно похлопал брата по плечу.
— Не беспокойся король, — ухмыльнулась ведьма, чуть прикрыв глаза, — я сама найду себе попутчиков…
1
Боль и ярость, колючим алым маревом заволокли взгляд. Все тело сотрясалось от болезненных ран и бушующего в крови адреналина. Я давно догадывался, что Михаил замышляет недоброе, но, чтобы так скоро решиться на покушение, да, к тому же, такое топорное и открытое, что стало для меня неприятным сюрпризом. Глупо было ожидать от несдержанного и истеричного человека какой-то изощренной уловки: отравления замысловатым ядом или коварного, хитрого, продуманного удара. Подосланных наемных убийц, виртуозно владеющих своим ремеслом, или просто гадюк, брошенных в спальню.
Князь Михаил поставлен в Москов киевскими боярами за сомнительные заслуги. Точнее сказать не боярами, а небольшой горсткой родовитых заговорщиков, замысливших подвинуть чужими руками с престола Ярослава во Владимире, дабы вернуть Киеву его былое значение и угодного им князя. Послушная марионетка Михаил, не осознающая своей постыдной роли, стал просто слепым орудием в этой игре. Слабовольный, жадный, истеричный, потомок обнищавшего рода, способен на любую мерзость ради собственной выгоды. В какой-то момент мне казалось, что сумею приручить выскочку. Куда там! Он брал деньги, что я жертвовал на строительство города, выслуживался, всячески угождал в те редкие моменты, когда я бывал у него в доме, но все равно предал… Да, дал я маху, десантник хренов!
Одна стрела пробила плечо вошла чуть выше лопатки со спины и вылезла острием над ключицей. Еще немного и зацепила бы сонную артерию. Князь стрелял первым, и это именно его стрела лишила меня иллюзий по поводу заявленных намерений. Дальше последовал нестройный залп его дружинников. Вторая стрела вгрызлась между нижних ребер с левой стороны. Третья увязла в спине. Самую малость, немного в сторону и она смогла бы повредить позвоночник, зацепить сердце, и тогда прощай белый свет. Но видимо изначально направленная в голову, стрела зацепилась за ветку и потеряла начальную убойную силу и сменила траекторию. Остальные долетевшие четыре стрелы, достались моей несчастной лошади, которой, после этого, удалось пронестись бешенным галопом всего полверсты, сквозь густые заросли к пологой низине, где она меня и сбросила, упав замертво.
Более десяти лет прошло с той поры, как я отбил от Рязанских земель ордынцев во главе с Субедэем. Фактически от своих земель. Заключил десятки взаимовыгодных сделок с ханами, и казалось, навсегда отвадил орду от Руси. Недолгие годы относительно мирной жизни пронеслись незаметно, и как же сильно все изменилось в последние несколько месяцев. Соседние князья, будто с цепи сорвались, пытаются играть в свою собственную игру. Надо думать, не по собственной инициативе, кто-то должен стоять за всем этим. Кто последовательно науськивает «благородных» свернуть мне шею. Это не орда! Я пока доверяю заверениям их послов и данным разведки. Буквально на прошлой неделе вел переговоры с кочевниками, которые собрались пройти через мои земли. Это кто-то затаивший злобу на Ярослава. Они жаждут выкинуть его из Киева, потерявшего былое величие, где после налета варягов и пожара, еще долго будет провинция. Уничтожив меня как сильного союзника, удобно будет урвать хоть клок земли поближе к Владимиру, городу временно ставшему стольным, а это значит моей земли. Коль скоро все товарные потоки с богатого востока сходятся на нем, то глупо будет не оттяпать столь лакомый кусок. Да и я тоже хорош, почил на лаврах, расслабился, уверился в том, что всецело контролирую большую часть дарованных мне Ярославом земель. Выходит, что не я один, моя разведка западного направления тоже расслабилась. Тимоха, возглавивший после смерти Еремея его тайную канцелярию, по неопытности видимо, проморгал опасность.