Старики собирались очень долго, телились, мялись, что-то долго обсуждали, собравшись в небольшие группки. В конечном счете, сошлись все вместе у ворот моей мастерской.
— Вы не кочевники, — заявил я, начиная разговор, сразу задавая чуть резковатый тон, — и не должны мотаться с места на место, волоча за собой семьи и скот. В бегах от одного дурного князя вы рано или поздно придете к другому, не менее дурному, жадному и жестокому. Его будет интересовать лишь власть, прибыль от дани, и собственные интересы. А вы как были мусором, челядью, смердами, так ими и останетесь. Пока вы самостоятельно не возьметесь за обеспечение благополучия — не ведать вам покоя.
— У князя рать, монахи, дружина с воеводами. Что пожелают и так возьмут. — Пробубнил дед Еремей, теребя кончик носа.
— Возьмут, — согласился я, — и даже больше. Костьми ляжете на своих огородах да нивах, а все одно не прокормите его ленивых ратников да ополченцев.
— Что же делать прикажешь, батюшка? В разбойники податься? Лихом лютовать? Не доброе это!
— Город ставить. Да не абы какой, а с заделом, чтоб на многие годы. Крепкий.
— Нас с детьми да бабами пара сотен, нам бы домов да амбаров успеть к осени, да скотники, хоть в пол ямы да дерева заготовить. Не сдюжим мы батюшка город ставить. А как прознает кто из княжих людишек, а они прознают, так тот враз явится железом бряцать, да волю изъявлять. Вот тогда изновь биты будем.
— Для успеха дела срок большой понадобится. У меня в подмастерьях двое дюжих молодцов, но еще не помешают. Пусть от каждого двора дадут мне отрока от четырнадцати лет или хоть глубокого старца. Всего два десятка. Кто мужика дать не сможет, другим делом займется. А упирать надо не на скот и огороды, а на ремесло и торговлю. Первым делом кирпичный двор поставим да кузню расширим. Дальше малую стену в рост не выше моего, да отводной канал от реки. К середине лета явятся по реке купцы, вот мы им постой и предложим. Я налажу производство железа и оружия, торговые дела стану вести. Кто-то из вас, старики, возьметесь за кирпич и раствор. Землю себе возьмем, сколько пожелаем, уж с боярином я договорюсь. И он если не дурак, подсобит.
— Станет ли он с тобой договор держать, Аред, коль скоро ты его дочь скрал да на силу увез.
— Обещанное взял, — нахмурился я, — да и в неволе не держу. А станет боярин перечить, так я на него быстро управу найду.
— Ну, поставим, с божьей помощью стены, а далее что? — спросил дед Еремей.
— Город, это не только стены и оборонительные сооружения. Коль скоро сдержит слово купец, что мне обещал в обмен на оружие привезти серу и нефть, то и оборону налажу, такую что и все окрест князья со своими дружинами зубы сломают на наших воротах.
— Мы не воины, ратному делу не обучены, — промямлил один из стариков, явно переживший седьмой десяток, что по здешним меркам весьма почтенный возраст.
— Люди меня Аредом прославили, но верят колдуну, коль пришли защиты искать, а я один в поле не воин, так что придется и старому и малому, всем кто в силах меч или пику держать, ратному делу обучатся и крепость ставить. Тех ратников, что из княжеской дружины побегут к нам, а они побегут! — повторил я громче, заметив сомнение на лицах старейшин. — Кто захочет против родни меч поднимать, а почти из каждого рода самые лучшие княжескую повинность тянут, кого за долги, кого за какую-либо провинность заставили воинскую лямку тянуть. Так вот, привечать таких будем, но глядеть за ними зорко, не с темными ли замыслами явились? Еремей! Будь добр, возьми это дело на себя. Собери всех хилых, убогих, да недорослей. Обучи, направь во все стороны, чтобы знать, что творится в ближних землях, а то слепы и глухи мы в Железенке. Крепость поставим, многие захотят под крепкие стены уйти. А я и гнать не стану, всяк кто придет, найдет приют, так и передайте по всем дальним селищам. А ты Еремей каждого встреть, поговори, да проверь через своих людишек. Когда лихие времена настанут, нам еще крепко повоевать придется, так что ни одним средством брезговать не стану. Вот только, поторопиться нам следует. Чем скорее оборону да крепость наладим, тем тверже, на своем, стоять сможем. Купцы, те сами к нам придут, коль скоро узнают, что мы защиту да товар да склады предлагаем. Вот в их интересах сейчас и надо действовать. Привадим купцов, отобьем прибыль у князя, да брата его. Пока они власть делить будут, много народу побьют. Кому по нраву придется, как с двух сторон давить начнут, а? Подадутся люди в нашу сторону. Так, что думать и об этом надо. Куда расселять и чем помогать поначалу, а затем и к делу приучать. Берите все эти повседневные дела в свое правление, а оборонить Железенку от врага — то, моя забота.