– Знаете, я – великий путешественник.
Войдя в гостиную, мисс Марлоу обнаружила, что Том уже вернулся после выполнения своей миссии. Он разговаривал с Сильвестром, и Феба сразу же отметила, что юноша мрачен. Девушка застыла у порога, с тревогой глядя на него. Он улыбнулся в ответ, но ограничился тем, что сказал:
– Ее там нет, Феба. Похоже, она укатила обратно в Лондон.
Девушка перевела взгляд на лицо Сильвестра. Тот промолвил:
– Входите же и присаживайтесь, мисс Марлоу! Я понимаю, вы разочарованы тем, что не застали ее здесь, но, в конце концов, это не имеет особого значения. Вы воссоединитесь с ней завтра вечером, только и всего.
– Вернулась обратно в Лондон! Она наверняка очень зла на меня!
– Ничего подобного! – возразил Том. – Она так и не получила твоего письма. Вот оно! Можно было ожидать, что эти болваны хотя бы перешлют его в Лондон, но они даже не почесались! Хотя я никогда не считал «Шип» и вполовину настолько приличной гостиницей, какой это заведение пытается выглядеть! Особенно после того, как обнаружил отпечатки пальцев чистильщика на своих новых сапогах с отворотами!
– Но ведь тогда она до сих пор не знает, куда я подевалась! Все это время… О боже милостивый, что она должна подумать?
– Что ж, твоя бабушка знает, что я с тобой, так что, во всяком случае, может не опасаться того, что ты упала за борт. Надеюсь, она не решила, будто я умыкнул тебя, пытаясь обвенчаться тайком!
Девушка прижала пальцы к вискам.
– О, она должна быть умнее! Но неужели она не встревожилась? Не делала попытки узнать, куда мы запропали, или… Что тебе сказали в «Шипе»?
– Очень мало, – признался Том. – Ты же помнишь, что там творится! Шум и суета, люди уезжают и приезжают в любое время суток! Но мне удалось узнать, что с твоей бабушкой случились судороги или что-то в этом роде и она отправилась обратно в Лондон через день после нашего исчезновения в дурном расположении духа. Ей вызвали врача, однако, сама понимаешь, она не могла быть очень плоха, иначе просто не перенесла бы дороги.
Но Феба, придя в ужас, уже безвольно опустилась в кресло и закрыла лицо обеими руками.
– Мой дорогой Томас, – с явным изумлением вмешался Сильвестр, – судороги леди Ингам – ее заветное и бережно лелеемое сокровище! Она обзавелась ими много лет назад, полагая бесценными, поскольку они никогда не мешают ей предаваться удовольствиям, но при этом неизменно препятствуют участию в том, что может ей прискучить. Готов держать пари, она помчалась обратно в Лондон, дабы пожаловаться на свои хвори Халфорду.
– Скорее всего, именно так оно и было, – согласился Том. – Господь свидетель, сколько сил у меня ушло на то, чтобы заставить ее принять решение об отъезде. Мне, например, совершенно ясно, что произошло: я выпустил вожжи из рук, и она устремилась обратно в стойло. Феба, прекрати истерику.
– А разве у меня есть повод для радости? – вскинулась девушка. – Я причинила ей столько хлопот и неприятностей, что… – Девушка оборвала себя на полуслове и отвернулась. После короткой паузы, уже куда более спокойным тоном, она осведомилась: – Бабушка не оставила записки?
– Оставила, – с неохотой признался Том, – но только насчет нашего багажа! Этим деятелям в «Шипе» Мукер сказала, что если кто-нибудь будет спрашивать о нем, то они должны отвечать – багаж ждет в Управлении почтовых перевозок.
– Очень разумно, – заметил Сильвестр, подходя к буфету. – Очевидно, она была уверена, что вы вернетесь. Мисс Марлоу, я слишком хорошо знаю ваш вкус, чтобы надеяться, что вы позволите мне предложить вам бокал шерри, поэтому налью вам миндального ликера.
Она приняла бокал, который герцог протянул ей, и, держа его в руках, вновь опустилась в кресло.
– В Управлении почтовых перевозок… где багаж и следует забрать! Значит, бабушка полагала… Она поверила, будто я могу бросить ее одну?
– Скорее всего, ей вожжа под хвост попала, – заметил Том.
– Скорее всего, – согласился Сильвестр. – Мадера или шерри, Томас? Пока мы не увидимся с леди Ингам, мисс Марлоу, все это – пустые домыслы; к тому же – совершенно бессмысленные. Я постараюсь убедить ее, что без вашей помощи Эдмунд был бы потерян для меня безвозвратно.
– Вы сами говорили, герцог, что я не имею никакого отношения к его возвращению, – со слабой улыбкой возразила девушка. – Более того, это чистая правда.