— Дети? — фыркаю я. — Да он, скорее всего, женат.
— Кольца на нем не было, — тут же парирует она.
Разумеется, я была слишком увлечена его лицом, чтобы заметить такой очевидный признак, как кольцо. А вот Софи, не удивительно, что обратила внимание. Она замечает абсолютно все и читает язык тела, как будто это ее суперсила.
С ней трудно что-то скрыть. Но есть вещи, которые я должна хранить в секрете ради нее.
— Ну… может, он и не женат, — признаю я. — Но девушка у него наверняка есть.
Софи выпрямляется и хмурится.
— С чего ты взяла?
Я задумчиво смотрю в сторону двери, где всего минуту назад стоял тот незнакомец.
— Парни вроде него долго не бывают одни.
Она вздыхает с наигранной тоской и откидывается на спинку стула.
— Эх, ты права. Черт, надеюсь, он еще зайдет.
— Ты его раньше не видела?
— Никогда. Такие, как он, сюда обычно не заходят. Может, свернул не туда — мимо бутика Ralph Lauren.
Допиваю остатки капучино и встаю.
— Ладно, мне пора.
Я залезаю в карман спортивного бра и достаю двадцатку, которую ношу с собой на случай, если в тренировочной одежде нет карманов. Ее с лихвой хватает, чтобы покрыть счет и оставить Софи щедрые чаевые.
— Знаешь, я ненавижу брать у тебя «сисястые деньги», — фыркает она, — но уже поняла, что спорить с тобой бесполезно.
Я смеюсь и машу ей на прощание. Раньше мы спорили о сумме чаевых, но довольно быстро она поняла, что я упрямая.
— Увидимся завтра, Ви, — машет она вслед.
Я выхожу из магазина и решаю добежать оставшийся путь до дома — заодно сжечь те лишние калории, что только что с таким удовольствием съела.
Раньше я не была такой зацикленной на еде и калориях. Но когда ты учишься в школе для девочек, где тебя безжалостно дразнят за любую мелочь, ты начинаешь остро чувствовать каждый свой «недостаток», даже если до этого у тебя не было никаких комплексов.
Та школа была полна злых девчонок. И когда после смерти мамы я начала заедать свою боль и немного прибавила в весе, меня кем только не называли — от «жирной коровы» до «жирной задницы».
В какой-то момент я записалась в школьную команду по легкой атлетике, и поняла, что бег мне действительно нравится. Он помогал держать себя в форме. И еще очищал разум.
Бег стал для меня чем-то вроде терапии: мысли о плохом затихают, и в голове остается только движение. Шаг за шагом, вдох за выдохом.
Кто-то может сказать, что я бегаю от своего прошлого. И, наверное, эти люди будут правы.
Как раз в тот момент, когда подбегаю к своему дому, на запястье вибрирует Apple Watch. Я смотрю вниз и вижу сообщение от отца.
Благотворительный вечер в пятницу. 19:00. Не опаздывай.
С тех пор как я вернулась в Нью-Йорк, ради отца, мне пришлось принять на себя роль светской львицы. За последние полгода я побывала на таком количестве балов и приемов, что они все слились в один бесконечный, скучный вечер.
Скривившись, отвечаю отцу, что приду.
Поднимаясь в свою квартиру, вспоминаю слова Софи о том, что мне повезло. Она думает, что у меня идеальная жизнь.
А ведь она даже не догадывается, что я бы отдала все, чтобы хоть раз почувствовать себя просто нормальной.
Глава 3
Я проникаю в гнилую подземку Нью-Йорка, используя старые, обветшалые сервисные тоннели и карту, выгравированную в моей памяти, как единственное руководство.
Это утомительный путь, но информация, которую получу в конце, всегда того стоит.
Всегда.
Пока иду, не могу выбросить из головы встречу с Викторией сегодня. Впервые видел ее так близко. До этого только издалека или на фотографиях, когда часами просматривал ее соцсети. Но находиться с ней в одном помещении было все равно что получить удар прямо в живот.
Она прекрасна, такая какой я ее и запомнил. Только теперь взрослая. Женственная. Опасно красивая.
Когда наши глаза встретились, мне показалось на мгновение, что она узнала меня. Но выражение на ее лице говорило об обратном. Наверняка она давно забыла об Арло.
И эта мысль только подливает масла в огонь моей злости на нее.
Свернув в последний раз, подхожу к стальной двери. На первый взгляд она кажется намертво заваренной — обычный прохожий решил бы, что она никуда не ведет.
Но я-то знаю лучше.
Стучу пять раз: три раза быстро, затем делаю паузу и два последних удара с промежутком между ними. Жду спокойно, пока скрытая камера сканирует мое лицо.
На самом деле, особый стук здесь не так уж и нужен, за мной следят с того самого момента, как я вошел в первый тоннель. Камеры здесь повсюду. Даже на этих забытых богом тропах под землей.