Спустя минуту перемещений по запутанным улочкам Даларана «мнимые» враги сделали свой ход, очевидно решив, что дракон в небе слишком недосягаем, а им хватит и совы в руках, ведь узнать о цели пятерки кал’дорай можно и поймав одного из них. Шандрис не знала, как проходили попытки захвата ее подчиненных, были ли они вообще, а если и были, то насколько удачными, но ей самой на небольшом отрезке одной из улочек пришлось сполна хлебнуть адреналина. Сначала хорька, в образе которого она пребывала, попытались остановить, вдарив чарами ментальной направленности. Шандрис кратковременно охватил сильный страх, мысли стали путаться, но тело лишь ускорило свой бег, положившись на животные инстинкты, чем и была сильна смена облика друидов. После неудачи с первой попыткой ее несколько раз попытались приморозить, а затем и вовсе обратить в ледяную скульптуру, но попасть заклинаниями по верткому зверьку, не гнушавшемуся для передвижения использовать стены, оказалось непосильной задачей для напавшего. Когда до выхода из проулка оставалось всего ничего, остающийся неизвестным противник попытался предпринять более решительные меры и перестал осторожничать, использовав заклинание более-менее массового действия. Раздался слабый взрыв, позади Шандрис взметнулся огненный всполох, поток горячего воздуха подхватил хорька, и его с подпаленной шкуркой вынесло из прохода туда, куда он и стремился — на улицу, которая в отличии от задворок не пустовала. Расчет был на то, что нападающий не рискнет устраивать сражение в людном месте.
То ли уловка сработала, то ли враг оказался не так мобилен, то ли возможности по захвату цели живьем у этого конкретного мага были ограничены — в любом случае на лавирующего между людских ног зверька потрепанного вида больше не покушались. Шандрис, не обращая внимания на боль от легких ожогов, стремилась затеряться в городе. Когда боевой задор от стычки уменьшился, эльфийка обратила внимание, что в голове пульсирует та ниточка, что связывала ее с поисковым артефактом. Сконцентрировавшись на ней, Шандрис с удивлением узнала, что та уже даже не намекает, а прямо говорит о непосредственной близости разыскиваемого Иллидана! Или она каким-то образом умудрилась за пару минут бега миновать несколько кварталов и очутиться в центре, где скрывался участник Войны Древних, или искомый эльф в первые за последнюю неделю сменил местоположение и по ее прикидкам находился теперь где-то едва ли на не соседней улице!
Новость ошеломляла близостью цели, а то, что в роли последней выступал тот самый знаменитый Иллидан Ярость Бури, лишь усиливало это чувство.
«И в нашем дереве может быть праздник», — такая удача изрядно воодушевила девушку, которая за последнюю минуту уже успела как упасть духом, так и смириться с провалом задания. Небольшая площадь, переулок, еще одна улица — расстояние до точки назначения измеряется десятком-другим метров, и вот зверек заметался среди прохожих, пытаясь понять, куда именно указывает артефакт. Но в такой близи от цели сделать это оказалось не так-то просто. При воспоминании о висящей на хвосте погоне радость Шандрис начала угасать. Хорек в недоумении замер посреди улицы, а затем принялся отчаянно вертеть головой, остро желая обнаружить потеряшку визуально. Но рослого эльфа с фиолетовой кожей поблизости нигде не наблюдалось. Люди, люди — кругом одни обычные люди!
Шандрис вспомнилась маскировка Карсадана — ведь тот тоже выглядел как простой человек. Она снова стала бегать кругами, но при этом внимательнее рассматривать прохожих, пытаясь сопоставить информацию, получаемую от артефакта с наблюдаемой картиной перемещения людей, проделывая тот же самый фокус с определением местоположения Иллидана, с помощью которого она узнала, что искомый эльф находится в центре Даларана. Данное действие затруднялось тем, что некоторая часть прохожих останавливалась и начинала глазеть на мечущегося зверька, да и стремительно утекающее время неслабо давило на сознание, заставляя нервничать и совершать ошибки.
Глава 20
Даларан — город магии, а потому неудивительно, что неспешно идущая к выходу из города парочка учеников знаменитой академии, не распознала в приглушенных хлопках звуки боевых заклинаний. В окрестностях слишком много всего происходило магического, чтобы обращать внимание на каждый хлопок, да еще и не особо выделяющийся на общем фоне. А вот прибежавший хорек сразу привлек внимание своими суматошными перемещениями.