Область гор размером не менее квадратного километра затряслась и, сложившись отрогами скал к эпицентру, осела вниз, изрядно уменьшив высоту данной местности.
Огромные валуны еще продолжали разбегаться по склонам новообразованных гор, а послы, кружа неподалеку друг от друга, обменивались впечатлениями.
— Ну, что там? — Изер не был силен в сканирующих заклятьях, а потому наблюдать вживую за результатами падения огромной массы на щит, прикрывающий убежище демонов, не мог.
— Щит не выдержал, нежить погребена под камнями… — озвучил Кориалстраз, но проделал это излишне спокойным голосом для такого момента, как успешное завершение плана.
— Но…? — давний приятель консорта Алекстразы прочитал между строк и поторопил его внести разъяснения.
— Но нет следов демонов, да и подозреваю, что нежить не та, которую нам показал Хронорму.
— Не успели, — констатировал очевидное огромный зеленый дракон, зависнув рядом с красным сородичем, внимательно изучающим новую проекцию, сформированную показателями сканирующих заклятий, а не видениями прошлого.
— Нужно начать поиски, мы не можем позволить демонам накапливать силу, — вступил в диалог еще один посол, отличающийся от остальной собратии бронзовым отливом чешуи.
— Думаешь, они прячутся здесь, на Нордсколе? — поинтересовался Кориалстраз у Хронорму.
— Не думаю — почти уверен. Но где конкретно — увы, даже не догадываюсь.
— Где-то в очередной пещере.
— Да, скорее всего. У них немного вариантов…
Дальнейшие обсуждения было решено перенести в более спокойное место, и драконы направились в Драконий Покой.
---------//---------
Дарнхольд.
Пьяный мужчина средних лет безучастно разглядывал дно кружки. Без какой-либо цели и уж точно не в поисках истины. Опухшее от длительных запоев лицо, блеклая седина, грубый шрам поперек левого глаза — с такой внешностью он, ссутулившийся на колченогом стуле, нисколько не походил на того бравого широкоплечего пригожего молодца, который геройски проявил себя во время Второй Войны с орками. Да и место обитания оставляло желать лучшего. Крохотная коморка, видавший виды стол с потемневшей от пролитого вина столешницей, чадящая лампа — это не та обстановка, которую ожидаешь увидеть при упоминании о жилье одного из лордеронских генералов.
— У меня было все, о чем я мечтал! Я был силен, красив. У меня были деньги и положение в обществе, — тишину комнатушки разорвал хриплый тусклый голос. — Сначала я лишился красоты, — он, едва касаясь, провел пальцем вдоль шрама. — Затем в погоне за властью я потерял деньги — пост командующего лагерями с пленными стоил не дешево… А после… после у меня отняли ВСЕ! — он издал приглушенный рык — жалкая тень некогда командного голоса пронеслась по коморке.
— «Спесивые даларанские ублюдки, проклятые длинноухие твари и Теренас… двуличная мразь! Да как у него совести хватило встать на сторону этих длинноухих выкормышей?! Он должен был поддержать меня! Меня — своего верного вассала! Который, между прочим, отдал за эту должность все свои накопления!!! И все это ради чего?! Ради того, чтобы целый год в поте лица организовывать лагеря, а затем на все готовенькое пустить этих тощих дрищей в мантиях?!» — несмотря на выпитое, его затуманенным мозгам хватило здравомыслия не сквернословить в слух на сюзерена и союзников Лордерона, особенно когда последние обосновались едва ли не за стенкой, но уж мысленно изощряться в ругательствах запретить ему не мог никто…
— «У меня даже раба отобрали! Какого-то вшивого заморыша… таких зеленых вонючек половину лагеря набилось — бери любого, так нет же — надо обязательно забрать моего! Тоже мне «великого шамана» нашли, как будто пленных матерых колдунов не хватает. Вот зачем им понадобился этот недоучка? Зачем они вообще возятся с этими громилами??»
Впрочем, ответ на последний вопрос был хорошо известен Эделасу Блэкмуру. Как никому другому — ведь будучи впечатленным неукротимой яростью противника генерал уже во время войны задумывался, что было бы неплохо, если бы во главе армии орков встал командующий, умелый и честолюбивый — то есть такой, как он сам. Лелея именно эту мысль, он поднял свои связи, бросил на кон все средства и добился перевода из действующей армии в тыловую службу «скромным» интендантом… Но, видимо, светлые мысли пришли не только в его голову, и потенциальной армией, состоящей из орясин с зелеными рожами, заинтересовались северные союзники, подтянув своих клевретов — даларанцев…