Правда, во время выдумывания теорий она принимала во внимание тот факт, что Лин еще жив. Джайна попросила сделать ей такой же артефакт, с помощью которого его нашли эльфы с Калимдора, а заодно и сама научилась мастерить подобные штуки. И теперь она могла отслеживать его состояние и примерное местоположение. Ведь сделал же он его бывшей возлюбленной, а чем она хуже? И, как отметила девушка, телепортация в Боралус заметно сократила расстояние между ней и возлюбленным, а это означало, что он где-то на западе…
— …Джайна? — на этот раз вышла очередь Даэлина вытаскивать свою дочь из задумчивости.
— Извини, ты что-то спросил?
Но дальнейшему общению помешал окликнувший ученицу Антонидас:
— Джайна, ты нам нужна, подойди!
Минуты спокойствия подошли к концу.
---------//---------
Остров Друствар.
Действие пассивно сработавшего лечебного заклинания из школы друидизма закончилось глубокой ночью. Возможно, целебный сон, в который погрузился Лин по окончанию основного эффекта наложенного заклинания, мог продержаться и до самого утра, вот только именно восстанавливающая магия обеспечивала тело теплом, реагируя на холод как на враждебный эффект, с которым следует бороться. При этом попавший в переплет парень проснулся вовсе не из-за того, что «на улице похолодало», а из-за того, что замерзла та, кого согревала его магия — как раз гномка и разбудила недавно ставшего отцом молодого мага. В поисках тепла она попыталась зарыться в остывающее «одеялко», для чего стала чуть ли не домогаться своей «грелки».
Лин открыл глаза и сразу сощурился, поморщившись: свет фонарика хоть и был не столь ярок, но бил прямо в лицо очнувшемуся после беспамятства. Он мельком огляделся, но кругом, на расстоянии вытянутой руки, был лишь кое-как спрессованный снег. Затем парень сосредоточился на своих ощущениях, которые тело настойчиво пыталось до него донести, и почувствовал тяжесть на груди и как что-то твердое упирается ему в живот. Приподняв голову, Лин увидел лишь косичку пепельного цвета, торчащую из выпуклости на его груди, сформированную его же плащом. На память парень не жаловался, как и всякий хороший маг, а потому быстро идентифицировал девчонку, кутающуюся в его подмоченную одежду. Вот только вопросы, где он и как сюда попал, оставались подвисшими в воздухе. Но у него имелся отличный источник нужной информации, осталось дело за малым — разбудить его… точнее ее.
Сначала Лин, понимая, что в ледяной пещере особо-то и не развернешься, начал с малого — просто потыкал греющуюся девицу наугад пальцем. Но ему неизменно не везло, и он все время попадал во что-то металлическое или просто твердое. Затем, осознав, что он и сам в общем-то начал замерзать, накинул на них обоих согревающие чары и не забыл про просушку одежды, а после, недолго думая, подергал гномку за косичку — насколько Лин помнил, девушки всегда трепетно относились к своим волосам.
Приятно, когда твои ожидания оправдываются, вдвойне приятно, когда после этого не приходится оправдываться…
— Ай!
Скрючившийся и вжавшийся в него бугорок распрямился, превратившись в девушку-гномку, что позволило Лину увидеть воочию навыки опытного инженера по упаковке/распаковке неупаковываемого. Охотница за рубинами чихнула, зевнула, проделав это едва ли не одновременно, и помятая мордашка наконец уставилась на ожившего мага. Переглядывания заняли всего лишь несколько секунд, после которых девушка обезоруживающе улыбнулась и представилась:
— Привет! Меня зовут Трикси!
— Лин. А теперь слезь с меня, Трикси, — настроения у парня не было от слова совсем, несмотря на то, что еще недавно он буквально жаждал пообщаться с каким-нибудь подкованным инженером. — А иначе тебе придется познакомиться с моей девушкой и, думаю, тебе это не понравится.
— Да хоть с твоей бабушкой, если она сможет нас найти и вытащить отсюда! — гномка оказалась бойкой на язык. — И вообще — кто из нас парень? Возьми на себя ответственность! — и помимо прочего она была той еще шутницей…