Мысли проносились во взбудораженной голове с немыслимой быстротой, как частенько случается в минуту смертельной опасности. Приходится горько сожалеть, что человек не умеет летать… Не умеет?!
Шальная мысль, идиотская… или нет?
Бестужев наддал – далеко позади послышался конский топот. Оглянувшись, он увидел двух всадников, они были еще далеко, но расстояние с каждой секундой сокращалось, и это при том, что они еще не пустили коней в галоп. Тяжело человеку состязаться в беге с лошадью… Рискнуть и открыть огонь?
– Что, северные шпики?
Бестужев приостановился, услышав справа этот громкий возглас, увидел полковника де Вилламбура – тот привстал, потом и вовсе подошел к перилам веранды, с живейшим интересом присматриваясь к происходящему.
Нетерпеливо топчась, Бестужев воскликнул, не раздумывая:
– Да, черт возьми, это они!
Худое лицо полковника озарилось хищной усмешкой. Прямой, как палка, он во мгновение ока оказался на земле, у веранды, расстегнул кобуру и холодно процедил:
– Долго же я ждал… Бегите, юноша, бегите, оставьте эти счеты нам, старикам…
Бестужев кинулся прочь, оглядываясь на бегу. Всадники были уже близко – ну, посмотрим, хватит ли у них нахальства нападать не на бесправного иностранца, а на одного из столпов здешнего высшего света…
И тут раздался пронзительный, хриплый вопль, перешедший в жуткий, нескончаемый вой, ледяные мурашки прошли от него по спине, и в животе неприятно похолодело. Кто бы мог подумать, что семидесятилетний старик способен исторгнуть столь долгий и страшный крик… Кони шарахнулись.
Бестужев, знакомый с военной историей не понаслышке, еще успел догадаться, что собственными ушами слышит знаменитый боевой клич южан, приводивший противника в ужас, тот самый, о котором он только читал.
Полковник де Вилламбур вытянул прямую, нимало не трясущуюся руку, отягощенную длинным черным револьвером. «Пешком пойдете, голубчики, – злорадно подумал Бестужев. – Если ничего себе не свернете и не сломаете, когда он угодит в ваших лошадок, а он может и угодить, не зря же упражняется каждый день не менее часа…»
Револьвер в руке старика, все еще испускавшего клич его славной молодости, дважды выплюнул пламя. Кони без седоков, храпя, выкатывая глаза, промчались мимо шарахнувшегося Бестужева – а всадники, вылетев из седел, рухнули наземь без малейших признаков жизни. Раздался хриплый вопль:
– Да здравствует Конфедерация!
«Ой-ей-ей!» – удивленно охнул Бестужев, сворачивая в переулок. Кто бы мог подумать, что старикан окажется настолько полон боевого духа… Ну, вряд ли у него будут неприятности – как уже неоднократно подчеркивалось, мы на Юге, господа, а здесь свои нравы…
Приостановился, прислушался. Никто за ним пока что не гнался – но вскоре и Лоренс очухается, и другие, услышав выстрелы, кинутся сюда… Нужно поторопиться. Мысль, конечно, почти безумная… но ведь ничего другого не остается! Тем более что там никто не догадается устраивать засаду…
Он свернул вправо, перепрыгнул через очередную свинью, негодующе хрюкнувшую вслед, миновал последние домишки и помчался по цветущей равнине прямехонько к стоявшему в отдалении сараю, возле которого виднелся аэроплан и две фигуры, как и в прошлый раз, сидевшие на пустых ящиках неподалеку за бутылкой вина. Ничего другого не остается… Ничего…
Он подбежал, остановился возле авиатора и его механика, пытаясь перевести дух. Оглянулся – нет, никакой погони пока что не видно, но это вопрос времени…
– Месье Леду, – сказал он, отчаянно хватая ртом воздух. – Ваш аппарат готов к полету?
Коротышка-француз пожал плечами:
– Ну, в принципе… Бак полон, аэроплан готов… Вы собираетесь снимать еще? А где остальные? И к чему такая спешка? На вас лица нет…
– Отлично, – сказал Бестужев. – Нет, какие съемки… Мне срочно нужно в Вашингтон. Немедленно, не теряя ни минуты. Вы знаете маршрут?
– Ну, в принципе… – округлил глаза француз. – У меня есть компас, в конце концов, можно лететь вдоль железной дороги, тут уж точно с пути не собьешься… Погодите, погодите! Что за безумие, мой юный друг? Уж не хотите ли вы сказать…
– Вот именно, – сказал Бестужев. – Я покупаю ваш самолет, сейчас же. Включайте его, или как там… Летите в Вашингтон.
– Вы с ума сошли? Почти сто километров…