— Ох, Феликс, я даже завидую твоей будущей жене. — сказала подозрительно подрагивающая Лили, через полчаса моей трапезы.
— Мамочка, ты будешь моей женой! — поцеловал я Лили в губы, при этом у самого меня губы были в её молоке.
— Это невозможно, у тебя должна быть нормальная жена, какая-нибудь молодая смазливая ведьма, которую ты встретишь и полюбишь без ума, а потом ты на ней женишься, и оставишь свою мамочку совершенно одну. — с лёгкой ревностью и грустью проговорила она.
— Не оставлю, значит, у меня будет две жены. Одной будет мамочка, а второй будет какая-нибудь смазливая ведьма, которую я встречу и полюблю без ума, но при этом, мамочку я тоже буду любить.
— Хе-хе-хе, я уверена, что, когда ты вырастешь, за тобой будет бегать куча девочек, ведь мой сыночек самый красивый мальчик в мире. — начала она тормошить мои волосы.
— А ты, мама, самая красивая мама в мире. — вновь я её поцеловал, — А теперь давай вторую грудь, а то в первой я уже всё выпил. — начал я освобождать вторую сисечку Лили, которую начал сосать, при этом как бы случайно положил руку на правую грудь, что начал профессионально мять, отчего мамуля вновь начала стонать… о, да, хоть мужика у нее и нет, но неудовлетворённой Лили не ходит.
Всё же мама приняла предложение стать новой преподавательницей в Хогвартсе, и за оставшийся месяц ей пришлось почти каждый день оставлять меня одного, чтобы решить различные вопросы с устройством на работу, а также с переездом в новый дом в деревне Хогсмиде, который ей пришлось покупать на выделенные деньги.
Вообще, я знатно прифигел, когда коротышки отказались отдавать Лили деньги её мужа, сказав что это деньги Рода Поттер, а она к этому роду имеет лишь опосредствованное отношение. Другое дело я — сын Джеймса Поттера, будь я совершеннолетним, они бы меня легко пустили в сейф Поттеров, однако, я несовершеннолетний, так что сказали, чтобы я гулял до семнадцати лет. Хотя, в одиннадцать лет я могу прийти, чтобы взять денег с моего ученического счёта, на который у меня понемногу капают деньги с основного. Но, из-за того, что денег у Лили совершенно не было, то гоблины великодушно разрешили брать именно те деньги, что поступали на ученический счёт… ох, я уже нашёл, чью расу буду истреблять перво-наперво.
Поттеры были довольно богатым родом, мой пра-пра-прадед был зельеваром, что изобрёл Бодроперцовое зелье и Костерост, оба этих зелья и поныне применяются в медицине. Одно как противопростудное, а другое для ускорения восстановления костей. Хороший целитель с этим зельем и Слезами Феникса сможет кому угодно легко отрастить потерянную конечность. В общем, именно Линфред Стинчкомбский сколотил начальный капитал нашей семьи. Он жил в деревне с обычными людьми, которые из-за странностей моего предка прозвали «Копуша», что по английски будет звучать, как «Поттерер», и со временем это преобразилось в фамилию Поттер… с такой историей возникновения фамилии, лучше уж я возьму фамилию мамы «Эванс», что значит «Милость Господня», учитывая что я имею довольно большой шанс стать Богом, мне она больше нравится.
Мой же дед Флимонт Поттер, также был зельеваром и изобрёл зелье «Простоблеск», что было предназначено для лечения кожи головы и для укладки волос. Вроде зелье не такое уж и полезное, однако, именно оно позволило учетверить состояние Поттеров на счету банка Гринготтс — банка гоблинов, которые и заведуют в магическом мире финансовыми делами. Учитывая, что я последний наследник этого рода, то, по сути, я должен быть достаточно богатым, однако до семнадцати лет я могу и не рассчитывать на эти богатства, а по факту, до этого времени мне эти деньги и даром не нужны будут.
Я рождался уже несколько раз, и в общем-то, я никогда особо и не пользовался тем, что оставляли мне мои предки в наследство. Я ведь достаточно сильный маг… на данный момент это, конечно, не так, но это дело поправимое… так вот, сильным магам деньги без особой надобности, всё что надо они могут добыть или создать сами. Вот и я не должен рассчитывать на то, что мне кто-то что-то там оставил. Я так-то особо себя и не причисляю к роду Поттеров, отец для меня по факту был никем, и хоть он и не был мудаком, как некоторые мои папашки, но и близким человеком он мне не стал, в отличии от той же Лили.
Мой отец так-то нигде не работал, просто жил на деньги предков, а ради развлечения влез в разборки двух политических группировок. Что Дамблдор, что этот Волан-де-Морт одного поля ягоды… да и я такой же по большому счёту, разве что кое-где мы различаемся методами достижения своих целей. Дамблдор — манипулятор, Волан-де-Морт — приверженец террора, я же что-то среднее.