— У меня есть одно условие, я хочу себе гарем. Я ведь могу много тентаклей отращивать, и для каждого нужна своя дырочка.
— Ну, хорошо, я помогу тебе собрать гарем… хмм, мой личный гарем, с кучей милашек… о, да, раз уж у меня теперь есть тентаклиевый монстр, то без гарема не обойтись. В общем, решено, заводим гарем, который я буду разрешать тебе сношать, мой любимый тентаклевый монстр. — начала она тереться лицом о щупальце, у которого была головка в виде члена.
— Какая ты странная девочка. — прокомментировал я, видя, как Рирука начала пихать тентакль себе в киску.
— Нужно ещё. — требовательно посмотрела на меня Риру, и я создал ещё несколько тентаклей, некоторые оккупировали её дырочки, некоторые обвили её тело и приподняли в воздух, а некоторые сменили форму головки, чтобы ласкать тело девушки, некоторые тентакли поменяли головку на присоску, и присосались к груди Рируки, некоторые стали выглядеть как большой язык, и облизывали её ножки, и подмышки. В общем, тентаклиевый монстр старательно обрабатывал девочку-волшебницу, от чего та стонала от удовольствия, и прям таки излучала ауру наслаждения и похоти.
— Так, меня там ещё ждут две жертвы, надо с ней заканчивать. — ускорил я движение щупальцев, а также увеличил их толщину, и уже через десять минут Рирука вновь отрубилась, и вот теперь похоже точно надолго.
— Похоже я немного ей мозг тентаклями вытрахал, хотя, она всегда немного странная была… странная и милая. — погладил я девочку, — Так, здесь её оставить, или с собой взять? Ладно, оставлю здесь, под присмотром клона. — сложил я пару десятков ручных печатей, чтобы создать Дубля — то есть, клона, который повторяет полностью моё физическое тело, и которым управляет копия моего разума. Как понятно, сейчас я их массово создавать не могу, потому как контроля у меня сейчас нет… в общем-то, силой я не обделён, но без помощи Зевса, я своей же силой могу себя и убить, так что, я особо не напрягаюсь. Мир я успею подчинить, когда очухаюсь от последствий своих тупых поступков.
Клон поговорит с Рирукой, когда та очнётся, всё же я Боните и Орихиме обещал не заводить себе гарем, пока они этого не разрешат, так что, наши с розоволосой отношения надо пока держать в секрете, но не думаю, что это продлится долго, я уж постараюсь переубедить мулатку и сестрёнку.
Когда я вошёл в комнату Орихиме, то две девушки сидели и вместе смотрели хентай… видать, готовились морально к предстоящему.
— Ты чего так долго? — спросила явно раздражённая и раззадоренная Бонита, у которой было мокренько между ножек, да и лифчика на ней не было, — Давай уже начинать, прелюдию ты пропустил, мы уже и так готовы. — повернулась ко мне попкой мулатка.
— Сестрёнка, ты тоже будешь сегодня полноценно участвовать в нашем извращённом акте любви? Пустишь меня в свои дырочки? — посмотрел я на Орихиме в белом сексуальном бельишке, которое подчеркивало пышную фигуру девушки.
— А по мне не видно? Только Бони первая… она в камень-ножницы-бумага выиграла право быть первой. — ответила Орихиме, и посмотрела на Бониту с лёгкой обидой.
— Бони, тебе какой вариант проникновения? Обычный или хентайный? — снял я одежду и принял форму тентаклиевого монстра, то есть, отрастил себе второй прибор, а также десяток щупалец из поясницы.
— Матерь божья, это прям как в моём сне. — прокомментировала мулатка.
— Б-братик, это что ещё за способности у тебя такие? Ты же вроде молниями умеешь управлять, а не превращаться в главных противников всех девочек волшебниц… вроде как. — удивилась Орихиме.
— Тут такое дело, что управление молниями — это управление энергией, а если твоё тело очень сильно насыщенно энергией, ты им также можешь легко управлять. Бони такое тоже сможет, когда сильней станет… в смысле, телом управлять, грудь там себе больше сделать, или вообще в каких-то зверей превращаться. Так, закончили урок по магии, а теперь начнём урок анатомии. — обвили тентакли Бониту, и подтянули её попку ко мне поближе, начав аккуратно насаживать её дырочки на два моих члена. Другие тентакли обхватили Орихиме, и приподняв в воздух начали ласкать её, изменив свои насадки на язык.
— Как-то я не так представляла любовь с братиком… — прокомментировала Орихиме.
— А я как раз именно так… — сказала мулатка, и резко насадила свои девственные дырочки на мои приборы, — Не особо-то и больно, только очень непривычно. Так что, Орихиме, не волнуйся. — посмотрела мулатка на сестрёнку, которая обсасывала тентакль.