— Ретсу, в твоём отряде, полно ведь красивых медсестричек. И, кстати, как там Исане поживает, не нашла ещё себе парня?
— Нет, не нашла. Хочешь, я её в следующий раз к тебе приведу? Ты же любишь порабощать невинных девушек, тентаклиевый ты монстр. — спросила Унохана, снимая нижнее бельё.
— Всеми тентаклями «за». А у Исане вроде сестра есть? — спросил я, обхватывая Ретсу своими щупальцами.
— Есть младшая сестра — Кионе, она в отряде у Укитаке. Не тяни резину, я сюда не говорить пришла. — требовательно посмотрела на меня Унохана.
— А, задумался, прости. — начал я жёстко сношать Унохану, при этом вспоминая всех красивых девушек в Сейрейтее… я же их всех смогу поработить… ну, я ведь не просто так, спасаю шинигами, за спасибо.
В конце марта заканчивался триместр, и заканчивался он экзаменами, к которым я помогал готовиться Ичиго.
Так как девочки также после школы посещают различные кружки, то после школы у меня есть время пойти к Масаки, и вместе со своим дублем отодрать её в два ствола… обычно, дубль сам её тут топчет. Так вот, мы с Масаки устроили разврат на её кухне, и слегка увлеклись, не заметив приход Ичиго, которая тоже обычно после уроков посещает клуб шитья, вместе с Орихиме… просто, в спортивном клубе ей делать нечего, из-за её физического превосходства над обычными людьми, поэтому ей оставалось что-нибудь из тех занятий, где требуется умение, а не сила. Пробовала она в кулинарный клуб пойти, только готовить она не умеет, все её блюда подгорают, так что, Орихиме уговорила её в свой клуб вступить.
— Дочь? Почему ты сегодня так рано? — спросила Масаки, которую я пара секунд назад трахал на столе, и она еле успела трусики с шортами натянуть.
— Да они там к швейному конкурсу готовятся, а я не учавствую, так что, я сегодня отпросилась пораньше. А ты, Сейрю, чего так рано пришёл? Мы же договаривались, что ты придёшь, когда я домой вернусь. — подошла к нам Ичиго.
— Да я просто решил на каникулах в горы поехать на лыжах покататься, а то в этом году вообще снега не было, вот пришёл спросить, не хотите ли вы с нами?
— А в какие именно горы? — спросила Ичиго.
— В Тибетские. Хочешь на самой высокой горе побывать?
— Хмм… так я же летать умею, нафиг мне эти горы? Да и снег я не люблю, лучше дома на каникулах останусь. О, а чего это на столе? Йогурт разлили? — потрогала Ичиго белую субстанцию, что была на столе, — Ух ты, вкусный какой. А есть ещё? — слизала она эту субстанцию с пальца.
— Прости, дочь, я уже всё выпила. — посмотрела на меня Масаки.
— Блин, в первый раз такой вкусный йогурт пробую. — набрала Ичиго ещё этой белой штуки со стола пальцем, и стала его облизывать, — Купи ещё такого, я его в школу брать буду. Ладно, пойду переодеваться. — обмакнула она пальцы в последний раз, и облизывая их, пошла в свою комнату.
— Чёрт, у меня от такой картины сейчас каменный стояк.
— А твоя сперма ведь действительно очень вкусная, неудивительно, что Ичиго она понравилась… правда, ей не слишком понравится то откуда именно вышел этот вкусный «йогурт». — полностью вытерла Масаки семя со стола, и слизала его с руки, — Слушай, Сейрю, а ты можешь целую банку спермы нацедить?
— Ты что, хочешь дочь спаивать семенем своего любовника? Это ведь капец, как подло и извращённо… и мне капец, как нравится эта идея. Кстати, должен заметить, мать из тебя, так себе.
— Знаю. Так ты говорил, что у тебя каменный стояк? Думаю, я могу помочь. — повернулась она попкой, и выставила свой манящий задок, одетый в шортики.
— Что ж, сейчас и нацедим Ичиго йогурта. — снял я шортики Масаки, и вставил член в её тугую попку, с помощью которой быстро смог дойти до финала и залить внутрь неё своего молочного продукта, который Масаки потом извергла в чашку, а после дала этот «йогурт» Ичиго, сказав, что забыла о чашке, которую она поставила на кухне, когда ей пришлось открывать мне дверь.
— Какой же он вкусный-то. — выпила Ичиго белую субстанцию из предложенной чашки, и даже пальцем всё собрала с её стенок, — Я вкуснее ничего в жизни не пробовала.