— … это тупо… стоять и смотреть, пока Грехи разоряют город… — недовольно ответил я, и увидел недалеко от Грехов странную женщину в бордовом плаще с капюшоном, Грехи также заметили эту женщину и удрали от неё, — О, глядите, они кажись бояться ту дамочку, а аура у неё, как у святой, монашка наверное. — произнёс я, когда Семеро Грехов убежали от женщины на другой конец города, где всемером окружили одного мужчину… даже издалека можно увидеть, что этот мужик был тем ещё мудаком, которому не чужды все семь грехов, вот и они это почувствовали и решили использовать этого мужика, как свой новый сосуд, в который они вселились все вместе. Духи Грехов покинули прошлые свои сосуды и залетели в рот этому мужику, что начал меняться на глазах и приобретать объединённую силу всех Грехов.
Новое вместилище Семи Грехов превратилось в семиметрового краснокожего рогатого демона, у которого между рогов пылала корона из огня, а на груди у этого демона горела перевёрнутая пентаграмма.
— Учитель, давайте-ка вы лучше потом лекцию прочтёте Билли Бэтсону об ответственности и прочей чуши, я же не собираюсь подвергать людей опасности ради урока для этого пацана. Гибель целого города для меня слишком высокая цена подобного урока. — произнёс я и спрыгнул с крыши здания, ибо этот рогатый демон, направился в сторону монашки в бордовом.
Я же с воздуха упал прямо на демона:
— Инфернал Блейд! — совершил я удар при падении, и мой клинок нанёс глубокий вертикальный разрез, что начался на рогатой голове демона и закончился на его лапе. Этот разрез светился тёмно-фиолетовым светом, причём разрезан был не только демон, но и само пространство, в котором появилась пространственная складка, куда демона засосало через миг, ещё через миг этот пространственный разрез затянулся тёмной материей. Через секунду, чёрный разрез в воздухе засветился фиолетовым, а после осыпался на землю осколками, похожими на обсидиан.
В общем-то, этот приём «Инфернал Блейд» был улучшенной версией приёма — «Чёрно-Вельветовое Инферно», с помощью которого я убил Степпенвульфа, только в этот раз я не окутываю противника барьером из тёмной материи, а отправляю его в искусственное измерение защищённое тёмной материей, и когда противник оказывается там, то происходит высвобождение энергии аннигиляционных батарей, что его и убивает. Инфернал Блейд позволяет быстрее расправляться с врагами, и не важно, сколько их, или каких они размеров, всего один разрез и они окажутся в искусственном измерении, где будут уничтожены аннигиляционным взрывом.
После ликвидации демона, созданного Семью Смертными Грехами, я осмотрелся, и не увидел женщины в бордовом плаще, она куда-то исчезла, так что я вновь запрыгнул к Доктору Фейту на крышу, а он на меня стал смотреть очень странно.
— Мне кажется это именно ты та Великая Тьма, что грозит нашему миру уничтожением. — произнёс Набу.
— Иногда мне так тоже кажется, но возможно просто не нужно меня провоцировать и тогда всё будет хорошо… кстати, эту атаку я готовил специально для Спектра, но если нужно, я использую её на одном золотом ведре. — посмотрел я на шлем Доктора Фейта в котором находилась душа и разум Набу, и кстати шлем этот был создан из Золота Наследия, отчего в нём тоже имелся Н-Металл, а он никогда не бывает лишним.
— … — молча создал Фейт портал в виде анкха и залетел туда.
— Обиделся, наверное, на «ведро». — произнёс я, и направился к Чёрному Адаму, с Грехами разобрались, теперь можно и им заняться… хотя, Грехи — это концептуальные существа, я по факту просто обнулил их силу, со временем они вновь появятся, ибо чтобы уничтожить Семь Смертных Грехов Человечества, нужно уничтожить само человечество.
Переместившись на другой край города, я застал здесь летающего смуглокожего мужика в чёрном одеянии с плащом и символом молнии на груди.
— Билли Бэтсон, где ты? Я чувствую твой страх, выходи и отдай мне свою силу или я уничтожу твой город. — говорил Чёрный Адам, летая по улицам Фосетт-Сити и обстреливая здания и улицы молниями.
— Я здесь, Чёрный Адам. — приземлился я на асфальт недалеко от этого злыдня.
— Ты не Билли Бэтсон, ты тоже маг, причём очень-очень тёмный… — произнёс Адам и посмотрел на другую сторону города, где недавно резвились Семеро Грехов, — Я не чувствую больше Грехов… это ты постарался? Кто ты? — посмотрел он на меня.
— Я — Орион, Король Атлантиды.