— Аска, я могу объяснить…
— Да что тут объяснять! Вам в зад пихают какие-то шарики, а вы стонете от этого как дешёвая шлюха! И как Кадзи, мог любить такую как вы?! И что это за гора извращенского мусора?!
Мисато хотела еще что-то сказать, но я резко выдернул все бусы, и она от этого, а также от ситуации, когда ее застукали на горячем, бурно кончила, и я, подхватив ее обессиленное конвульсирующее от оргазма тело, уложил на кресло. Тут еще вышла Рей, в костюме кошечки, и, сложив ручки как лапки, сказала:
— Мяу! Хозяин, я хочу молочка, мяу.
— Да что ж такое-то!? Что вы извращенцы творите-то!?
— Аска, ну мы такие, какие есть. Мы взрослые люди, и развлечения у нас взрослые, а раз уж ты у нас маленькая невинная девочка, то иди в свою комнатку, закутайся в одеяльце и смотри детские мультики. А мы с Рей и Мисато, будем развлекаться по взрослому. — сказал я, засунул член в раскрытую попку Мисато, при этом Кацураги сидела на кресле, и для удобства я закинул ее ноги на свои плечи.
Рей подошла поближе, и когда через пятнадцать минут я готов был кончить, то высунул свой прибор из попки Мисато, и засунул в ротик Рей, начав заливать ее горлышко. И все это время Аска просто стояла и смотрела, а потом крикнув:
— Тупой извращенец! — скрылась в своей комнате, причем ее светящийся силуэт начал совершать на кровати, странные дерганые движения, как будто она себя там ублажает… хотя, после устроенного шоу, именно этим она и занималась.
— Си… Синдзи, а тебе не кажется, что ты перегибаешь? — спросила оклемавшаяся от серии оргазмов Мисато, усаживаясь поудобней в кресло.
— Что-то, когда я имел тебя, то никаких претензий ты не высказывала, лишь стонала, да мой член жопкой сжимала покрепче, особенно во время того как кончала, а делала это ты довольно часто… ох, кто бы знал, что капитан Кацураги, слаба на задок.
— Синдзи, я насчет Аски, зачем ты ей показываешь все это?
— Да, ничё я не показываю, она сама с удовольствием смотрит… так сказать, опыта набирается и новых впечатлений. Она ведь хочет соблазнить Кадзи, вот пусть и смотрит, что нравится мужчинам.
— Да, кстати, насчет Кадзи, это ведь ты его постоянно терроризируешь? Что он выглядит как-будто живет прямиком в горячей точке конфликта, его одежда, она всегда неглаженая, порванная, мокрая от чего-нибудь, он весь зарос, под глазами огромные мешки, кожа бледная. Я как его увидела, то чуть не обделалась… твоей между прочим сметанкой, которую ты в меня закачал, перед тем как ушел домой.
— Ничего не знаю, это все его отрицательная карма.
— Что же он такое сделал, чтобы его карма стала настолько отрицательной?
— Ну не знаю, может это из-за того что он шпион?
— Кадзи — шпион?! Тогда для кого он шпионит?
— О, он не просто шпион, он тройной шпион! Работает и на Гендо, и на SEELE — организацию, которая финансирует НЕРВ, и на Японское правительство, которое в принципе, так или иначе, подчиняются SEELE. Так что, Мисато, держись от него подальше, и не только из-за того что я тебя ревную, хотя из-за этого тоже.
— Хм, да если честно, его поведение довольно подозрительно, он шастает там и тут, как будто шпионит… ну теперь я знаю, что это так и есть. Кадзи-Кадзи, всегда он был авантюрным, и вот куда его завела эта дорожка…
— Мисато, прошу, оставь его в покое, и не пытайся что-то сделать… во-первых если ты будешь рядом с ним, я тебя приревную, и тогда к нам зашлют нового шпиона, по причине жестокой и трагической смерти старого. А во-вторых, это может быть просто опасно. Он ни несёт никакой большой опасности, просто стучит всем обо всем, но все и так обо всем знают, так как Кадзи не единственный шпион, просто он связан одновременно со всеми заинтересованными сторонами.
— Ладно, Синдзи, хоть я его и не люблю, и даже не переношу, но смерти мне его не хочется, тем более, если она будет от твоих рук.
— Вот и умничка, а теперь сделай мне своими сисечками пайзури. После ротика Рей, мой член весь в ее слюнке, так что скользить будет прекрасно.
— Вот уж, Аска, права — мы действительно извращенцы. — сказала Мисато, устраивая мой прибор между своих грудей, и начиная ими двигать, а сверху кончиком занялась Рей. Кончил я на личико и груди капитана, и пока Аянами, была занята ее вылизыванием, я занялся киской Кацураги. Позже мы и Мисато нарядили, да и вообще, все же переместились в мою комнату, где продолжили развлекаться. Причем все манатки из секс-шопа лежали там где я их и разложил. Поэтому когда ночью пошел попить сока, увидел как Аска, напялив лисьи ушки, крутится возле зеркала:
— Тебе идет, Аска. — прокомментировал я.