— Да, задолбали они. Тали, заходим в этот, пока эти не заметили. — мы зашли в первый попавшийся ресторан, который специализировался на морской кухне. Рыбу я не сильно люблю, а вот разных крабов и омаров можно и поесть.
Мы сели за самый дальний столик, и быстренько сделали заказ. Сейчас Тали смогла снять маску, ведь из-за приглушенного освещения, в ней никто и не распознает кварианку.
Но мои надежды на нормальное свидание, разбились, когда в зал вошли Джейн, Аленко и Уильямс, которые завидев мою серебряную макушку направились ко мне.
— О, Джон, а мы тут чтобы отметить моё становление СПЕКТРом. — взяв стул с соседнего столика, Джейн присела на него, — Надеюсь, я вам не помешала?
— Рыжик, ты не любишь морепродукты. И значит пришла отметить становление СПЕКТРом в ресторан, что специализируется на морепродуктах? И да, помешала.
— Я люблю морепродукты. — ответила Джейн, а её напарники, также взяли стулья и подсели к нам.
— Ага, только ты любишь смотреть как рыбки плавают в аквариуме, а не есть этих рыбок.
— Ну… вон там есть аквариум… — указала она на противоположную от нас стенку, где действительно в нише на всю стену был длинный аквариум, в котором плавали разные рыбки, и не только.
— Вот и садись туда.
— Джон, ну что ты так? Даже не поздравил меня. И да, спасибо что помог.
— Спасибо на хлеб не намажешь, с тебя миллион кредитов.
— Да это же все мои деньги.
— Я знаю, но долг в два миллиарда, девятьсот девяносто девять миллионов, я так уж и быть на тебя вешать не буду… по-родственному. Тали, можем сегодня заказывать где-то на миллион кредитов, моя сестрёнка сегодня угощает. Да, Рыжик? — спросил я с улыбкой.
— Я вообще, по-другому хотела расплатиться… наедине… Джон, и ещё, мне нужна твоя помощь, в поимке Сарена. Нам нужно узнать, что это за Канал.
— Я и так это знаю, и знаю где он, и что это, и что делает.
— И… и ты это не расскажешь, не так ли?
— Неа. А вдруг вы шпионы Сарена? После того как я стал Серым Посредником, я понял, что в этой галактике каждый третий, чей-нибудь шпион.
— Я ведь твоя сестра, и ты знаешь, что я не шпион Сарена.
— А давай проведём генетическое исследование, и проверим, сестра ты мне или нет, а?
— Значит, по поводу Канала, я от тебя ничего не узнаю? Ладно… тогда, как насчёт дать мне каких зацепок? Ты что-то говорил, про дочь матриарха Бенезии, которая тоже знает про Жнецов, можешь рассказать, где она сейчас? И ещё, почему ты мне не дал ничего рассказать, про Жнецов Совету?
— Я не дал тебе, выставить себя дурочкой, ты ведь и так услышала, что они считают Жнецов лишь мифом. А, доктор Т’Сони сейчас. — я достал инструментрон, и проверил её последние перемещения, — Она сейчас на Кване, в Системе Тезей, Туманность Бета Аттики, опять на раскопках, только в этот раз ей придётся поморозить свой синий задок, там температура минус сто сорок по Цельсию. Но зато, из-за этого, подземные комплексы протеан, так никто и не тронул, лишь верхний город разграбили.
— Да это ведь чуть ли не на другом конце галактики, путь туда займёт больше четырёх дней, и это если на Нормандии, а ещё неизвестно, какой корабль мне выдадут, как СПЕКТРу. Может вообще неделю туда добираться придётся. И чего она туда полезла? — спросила Джейн, рассматривая карту галактики, это то немногое, чем она пользуется в инструментроне… ну кроме Резатрона.
— Я это у неё тоже как-то спрашивал, но она все ищет что-то, что могли бы нам оставить протеане, для победы над Жнецами… Хах, да будь у них, что-то способное победить Жнецов, они это и сами бы использовали, а не ждали бы своего вымирания, чтобы оставить доктору Т’Сони, чертежи супероружия, ага.
— Ну, она хотя бы ищет способ остановить Жнецов, а не как некоторые… развлекаются с любовницей. — сказала Уильямс, с разочарованием смотря на меня.
— Деточка, я делаю для победы больше, чем кто-либо в галактике. То, что я такой спокойный, обусловлено тем, что у Сарена ничего не получится… конечно же благодаря мне. Вы не знаете, на что я способен, если меня разозлить, поэтому, малышка, не зли меня. — в то время пока я говорил, у меня засветились глаза, и я всех троих обездвижил биотикой, они даже дышать не могли, лишь смотреть, и понимать, что сделать ничего не могут. Когда я их отпустил, все глубоко вздохнули.
— Вот сейчас похоже ты и показал себя настоящего, без всяких этих шуточек, и придуриваний. — сказала Джейн, разминая шею.