— Джон, так что, ты теперь ещё и с мамой Лиары будешь встречаться? — спросила Тали.
— Не совсем, Искорка, думаю мы просто станем союзниками… ну и иногда можем… — показал я как указательный палец входит в кольцо из других пальцев, — Только, ты Лиаре не рассказывай, хорошо?
— Джон, я вообще-то тут и всё видела и слышала. — сказала Лиара.
— Ох, как неловко получилось. — карикатурно взмахнул я руками.
— Джон, прекращай дурачиться… и прекращай уже водить сюда новых азари. — сказала Тали.
— Так значит запрет лишь на азари?
— Джон, я тебя, конечно, люблю… но мне не слишком приятно каждый раз просыпаться все с новыми твоими любовницами… с несколькими я ещё могу смириться, так как одной мне тебя сложно удовлетворить…
— Ладно, Искорка, обещаю держать себя в руках… максимум ещё три любовницы и всё, честное слово.
— Ох, сложно же любить бабника… ну что поделать… — ответила Тали одеваясь.
Потом я пошёл вместе с Бенезией наведался в лазарет, где пробудил всех её десантниц, которые уже были в полном порядке… Однако, Бенезию огорчило то, что несколько десантниц погибло от рахни, а одну она вообще передала Сарену, для каких-то его нужд. И вряд ли этот турианец-хаск взял её для своего сексуального удовлетворения. Но, сами десантницы ни в чём матриарха не винили, ведь и сами на себе прочувствовали влияние Жнеца, и поэтому все также были готовы ей служить, чтобы спасти их расу от Жатвы.
В общем, через пару часов я их всех доставил на Тессию, Бенезию там конечно считают принявшей стороны Сарена, однако особых улик против Бенезии нет, поэтому она легко сможет себя обелить. Пусть она тут делает то, что и раньше, то есть пусть пудрит мозг другим азари, но только уже на пользу мне. Тессию я так или иначе защищу, ведь планетка красивая, как и её жительницы, но преподнести это спасение можно по-разному. Например, как то, что помог я лишь благодаря Бенезии, и её последовательницам. А остальных матриархов можно выставить как предательниц, которые не хотели слушать предупреждение и не захотели готовиться к Жатве. И вот уже азари под моим контролем… все это, конечно, сейчас звучит как бред, но когда явятся Жнецы, то азари будут готовы на всё, чтобы спастись, в том числе и пойти в подчинение мне.
Когда я вернулся на корабль, то встретил в ангаре Эшли, которая кажется тут проводила тренировку, ну, учитывая, что ангар — это самое большое помещение на моем фрегате, да и к тому же сейчас пустующее, то оно вполне сойдёт за спортзал. Мне сейчас смысла особого мышцы качать нет, так как я владею биотикой и любой даже самый огромный вес могу поднять с помощью телекинеза… да и, сила физического тела для меня вторична, так как я могу переместить свой разум, в Галахада — дроида который состоит, считай, из адаманта.
— О, сэр, вы наконец, избавились от лишних ксеносов на корабле. — сказала Эшли, заметив меня.
— Уильямс, я так-то тоже не человек, и для меня именно вы ксенос.
— Но вы ведь были человеком, да и выглядите вы как человек.
— Эх, сержант, не во внешнем виде дело… хотя, ладно, это лицемерно от меня звучит. Так как лишь из-за красивого внешнего вида я и помогаю азари… ну и ещё лишь из-за внешнего вида, я и терплю вас, сержант, на своём корабле.
— Это такой упрёк, что я бесполезна в качестве бойца?
— Именно, Уильямс, без моих игрушек, вы лишь слабая женщина…
— Эта слабая женщина, пережила Иден Прайм, тогда как сильные мужчины там дохли как мухи…
— Ну, ещё и удачливая…
— Сэр, не хотите ли вы получить от меня по морде? То есть, не хотите провести со мной спарринг? У меня просто руки чешутся проверить, чего вы стоите без своей биотики.
— Ха-ха, сержант, а Жнеца вы также будете вызывать на спарринг? Ладно, если хотите что-то доказать мне, я не против. — ответил я, раздеваясь до пояса.
— Зачем вы оголились?
— Чтоб показать какое у меня шикарное тело, оно вас будет отвлекать, и я легко вас одолею.
— Это похоже, единственное что и может вам помочь выиграть. Сэр, вы ведь всегда полагаетесь на биотику и свои игрушки, не так ли?
— Ха, вы ведь видели насколько они эффективны? Так что, конечно же да.
— Ну, тогда значит кто-то отхватит. — сказала Эшли и двинулась на меня. Совершив небольшую серию ударов, от которой я без напряга уклонился, Уильямс с разворота решила провести широкий удар ногой, от которого я бы не смог так легко уйти, но я всего лишь сделал сальто назад, и засунув руки в карманы, сказал: