— Джулиан! — воскликнула я. — Ты же ему что-нибудь сломаешь!
— Сам сломаю, сам починю… — пробормотал он, подошёл к столу и, сдёрнув чёрный платок с подлокотника, накрыл им череп. — Скорее! У нас совсем немного времени. Лора, бегом на мостик, Рауль, готовь автоматический зонд.
— Меня зовут Даша… — напомнила я.
— Я постараюсь запомнить, — пообещал он, направившись в свой кабинет.
Выскочив из медотсека, я подключила браслет к общей связи и скомандовала:
— Всем членам экипажа занять свои места! Полная боевая готовность. Машинное, ходовые и маневровые двигатели на экстренный прогрев! Белый Волк, активация основных орудийных систем. Щиты и фау-защита к работе! Готовность три минуты!
Спрыгнув в шахту лифта, уже секунду спустя я неслась по движущейся дорожке к командному отсеку. Было видно, что Окато, Долорес и Булатов лишь за мгновение до меня упали в кресла перед своими пультами. Рядом с Долорес стоял Вербицкий.
— Ходовые и маневровые готовы! — сообщил Бомбадил.
— Полный вперёд! — произнесла я и стиснула руками штурвал.
— Лучевая атака с поверхности планеты! — сообщил Окато, глядя на экраны. — Мы ушли с линии огня.
Я уводила звездолёт с орбиты в сторону звезды. С Гимела то и дело вырывались залпы мощных орудий противокосмической обороны.
— Они нас видят! — изумлённо проговорил Булатов. — Они целятся в нас.
— Зонд готов! — раздался в динамике голос Хока.
— С планеты поднимаются звездолёты, — сообщил Окато. — Пойдёт потеха!
— Не пойдёт, — возразила я. — Кормовые щиты на полную мощность. Джулиан, где чаша?
— Уже в капсульном отсеке, — отозвался он. — Закладываем в зонд. Готово. Давай старт…
— Минуту! — я развернула звездолёт на вираже и затормозила, глядя на экраны. Была активирована левая нижняя пусковая установка. — Белый Волк, активация левого сектора орудийной системы. Самонаводящуюся торпеду класса «Тайфун-М» в ствол.
— Готово! — отозвался Белый Волк.
— К нам гости, — деликатно напомнил Окато.
— Старт! — скомандовала я.
Зонд вылетел в сторону звезды, и я нажала гашетку левой ракетной установки. Торпеду я не увидела, зато очень хорошо было видно, как вспыхнул впереди белый шар, распухая истончающейся бледной оболочкой. Я лихорадочно стучала по сенсорам, пытаясь нащупать в зоне взрыва остатки твёрдой материи, но там не было даже звёздной пыли.
— Есть аннигиляция! — кивнула я и снова стиснула штурвал, разворачивая звездолёт и уводя его дальше на форсированной скорости. Взглянув на локаторы, я увидела, что от планеты за нами несутся не менее десятка звездолётов весьма крупных размеров.
Мы по широкой дуге ушли в сторону и снизили скорость. Звездолёты летели ровным строем, а потом замедлились и стали кружить вокруг.
— Они потеряли нас, — грустно проговорил Окато.
Я удивлённо взглянула на него. Он вздохнул и показал на экран.
— Третий сверху — «Фудзивара»…
Я обернулась и посмотрела туда. Красивый серебристый звездолёт, изящный, с летящими линиями корпуса выделялся среди других. Думаю, Окато было нелегко видеть его в руках врагов.
— Уходим дальше… — произнесла я и, повернув руль, взяла курс мимо звезды на другую сторону её орбиты.
На звездолёте снова стало спокойно. Мы остановились на дальней орбите звезды и двинулись по ней на минимальной скорости. Оставив Булатова и Окато на мостике, я вернулась на четвёртый уровень в медотсек. Там уже находились Хок, Белый Волк и Бетти Фелтон. Дакоста лежал на койке в своём кабинете. Рядом с ним присел Джулиан.
— Ничего страшного, — констатировал он. — Небольшое сотрясение мозга и ушиб левого плеча.
— Да, доктор, вы не только лечить умеете, — усмехнулся Белый Волк. Он стоял у камина, скрестив руки на груди.
— Я не люблю, когда в меня целятся из бластера, — спокойно пояснил Джулиан, — а также из пистолета, мушкета, аркебузы, арбалета и лука.
— Я не стал бы стрелять, — покачал головой Дакоста. — Просто не смог бы… Но я обязан был попытаться вас удержать. Вы зря уничтожили чашу. Здесь на звездолёте есть возможности для безопасного исследования таких предметов.
— Не верю, — возразил Джулиан и поднялся. — Место, где находятся такие предметы, по определению, не может являться безопасным.
— А вы откуда знаете? — спросила Бетти.
Джулиан молча взглянул на неё и подошёл к столу. Взяв с него несколько снимков, он начал рассматривать их.
— Вы его засняли, прежде чем выкинуть? — оживилась она.
— Да, полное голографическое сканирование, радиоуглеродный анализ и образцы крови из чаши. У меня было несколько минут, но я постарался извлечь из них максимум пользы.