— Может, приготовить излучатели? — поинтересовался Хок, оторвавшись от своего занятия.
— Зачем? — спросила я, мрачно глядя на приближающееся чудовище. — Он ведь не так просто сюда летит, и вряд ли может причинить нам вред. К тому же, периметр уже подключён.
— Логично… — пожал плечами Хок, с интересом рассматривая дракона на экране. — Как думаешь, Святой Георгий с таким сражался?
— Мы этого уже никогда не узнаем.
Дракон тем временем подлетел на расстояние около двадцати метров и, не долетев до периметра, резко ушёл вверх, перевернулся в воздухе с необычной для такой туши лёгкостью и полетел обратно. А на жёлтую выжженную землю что-то упало. Окато мгновенно сориентировал камеры, и на экране появилось изображение небольшого металлического предмета. Я напряжённо вглядывалась в экран, пытаясь понять, что это такое. Что-то тревожное и смутно знакомое угадывалось в этом переплетении кованых пластин.
— Перчатка, — проговорил Хок. — Латная перчатка. Это вызов.
Он обернулся ко мне.
— Запусти робота. Пусть принесёт, — велела я.
Он кивнул и снова вернулся к пульту. Я взглянула в окно, ожидая, когда появится робот с манипуляторами. Хок смотрел на экраны, потом покачал головой.
— Ничего не выходит. Едва робот вышел за пределы звездолёта, связь с ним пропала. Похоже, что он дезактивирован.
— Проверь периметр, — распорядилась я.
Он снова покачал головой.
— Не отвечает.
— Что и требовалось доказать, — вздохнула я. — Доктор, почему на оборудовании не установлена необходимая защита? Или эта информация была от вас тоже засекречена?
Дакоста хмуро посмотрел на меня.
— Возможно, она была засекречена от главного конструктора, — проворчал он.
— Что делать будем? — Хок вместе с креслом развернулся ко мне.
— Нужно забрать перчатку.
— Я пойду.
— Нет, — возразил Джулиан. — Ты знаешь правила. Кто поднимет перчатку, тот и примет вызов. Это не твой противник.
Хок снова взглянул на меня.
— Я пойду, — проговорила я, поворачиваясь к выходу. — Остаёшься за командира.
— Постойте, — кинулся ко мне Дакоста. — Вы хотите принять вызов? Вы же не маг!
— Я воин, — вздохнула я. — Это моя работа.
— Как вы выйдете без защиты?
— У меня есть защита.
Я обогнула его и вышла из отсека. В коридоре меня догнали Джулиан и Хок.
— Ты уверена, что поступаешь правильно? — спросил Хок. — Это может быть опасно.
— Война вообще опасная штука. Не волнуйся, он мне ничего не сделает. А если нам удастся свести боевые действия к поединку один на один, мы обойдёмся малой кровью. И это будет его кровь.
Я дошла до лифта и прыгнула вниз.
— Мне б твою уверенность, — пробормотал Хок, приземляясь рядом со мной на нижнем уровне.
Никакой уверенности у меня не было, но я думала, что не вправе высказывать какие-либо сомнения на этот счёт. В конце концов, даже гориллы перед схваткой воинственно орут и колотят себя в грудь.
Мы подошли к переходной камере, и Хок встал за пульт.
— Ты уверена, что не хочешь надеть хотя бы пояс Вермера?
— Он не защищает от магии.
Хок мрачно кивнул и взглянул на Джулиана. Тот остановился в стороне и исподлобья смотрел на меня. Судя по всему, он был настроен решительно. Он прекрасно понимал, что не может вмешиваться в мои действия, но похоже был готов прикрыть мне спину.
— Я пойду с тобой, — наконец проговорил он.
Я молча кивнула и подошла к камере.
— Погодите! — раздался откуда-то голос Дакосты.
Он быстро вошёл, неся перед собой чёрное поблескивающее полотнище. Я узнала тот самый плащ, в который он завернул небезызвестную чашу, обнаруженную нами в вентиляции. Он протянул мне плащ.
— Не трогайте эту штуку руками. Накройте и заверните. Если в ней есть что-то магическое, то это вас защитит. Потом будете подниматься не здесь, а через седьмой лифт. Он ведёт в карантинную камеру. Мы будем ждать вас там.
Я взяла плащ и вошла в лифт. Джулиан последовал за мной. Кабина закрылась и рухнула вниз. Створки раздвинулись, и на нас повеяло раскалённым сухим воздухом. Кроме того, ощущалось неприятное гнетущее чувство, от которого хотелось громко закричать и потребовать, чтоб нас немедленно подняли обратно.
Я уже была знакома с этим ощущением, которое почти всегда сопутствует тёмной магии. Отодвинув это чувство на периферию сознания, я вышла из кабины и направилась в сторону носовой части корабля. Джулиан шёл следом. Я знала, что все его органы чувств, как и мои, сейчас напряжены до предела, но он представлял собой куда более опасного противника, чем я.