Марк знал тот или иной риф столь же досконально, как люди знают свой приусадебный участок. Он всегда мог с уверенностью сказать, по какому каналу следует плыть, где сделать левый, а где правый поворот, куда повернуть у большого коралла-мозговика и сколько проплыть футов, чтобы найти именно ту губку, коралл или рыбу, которые вам нужны. Он ориентировался среди рифов так, как человек ориентируется в своем родном городе, и если бы не его помощь и советы, мы пропустили бы или не смогли понять массу интересного. Язык животных, птиц и до некоторой степени пресмыкающихся состоит большей частью из едва уловимых движений и поз, каждая из которых что-то значит; чтобы постичь их, нужно потратить много времени — тогда для вас не будет загадкой, что говорит, например, своим хвостом волк. То же относится и к подводной жизни. Нам пришлось изучать новый незнакомый язык, и мы задавали массу вопросов. Почему эта рыба все время лежит на боку? А та стоит на голове? Что так отчаянно защищает эта рыба и почему другая, словно уличная женщина, пристает ко всем подряд? Если бы не помощь Марка, мы, бесспорно, не смогли бы понять и тысячной доли того, что происходило вокруг нас.
Взять, например, рыб семейства помацентровых. Эти пухленькие, бархатисто-черные маленькие создания — страстные садоводы. Каждая из рыбешек выбирает отдельный участок коралла, на котором растут тщательно охраняемые ею водоросли; причем это не только место для житья, но и кладовая. Свой маленький садик рыбка защищает от всех пришельцев, и храбрость ее удивительна. У той, за которой мы наблюдали, сад размером шесть на двенадцать футов располагался на громадном коралле-мозговике. Поначалу она привлекла наше внимание тем, что без всякой видимой причины очень решительно атаковала черного и колючего, словно подушка для иголок, морского ежа, мирно катившегося мимо. Разобравшись, мы поняли, что морской еж намеревался протопать прямо по находившейся перед домом лужайке, проявив тем самым свою зловредность. Как-то утром мы застали нашу маленькую подружку в совершенном отчаянии из-за того, что на ее драгоценный садик напала банда рыб-попугаев. Эти крупные, кричащей зелено-сине-красной расцветки рыбы со ртами, напоминающими клюв попугая, словно стая жадных разноцветных индийских крокодилов, нагло слоняются вдоль рифа; когда они, срывая водоросли с кораллов, острыми клювами царапают риф, раздается очень громкий неприятный скрежет. Рыб было так много, что наша малышка растерялась, не зная, с какой начать атаку. К тому же у разбойников была четко выработанная стратегия. Один из них, на полной скорости подлетев к саду, начинал рвать водоросли на глазах хозяйки, а та, хотя и была раз в двадцать меньше, тут же бросалась на обидчика и выдворяла его со своей территории. Но пока рыбка была занята одним непрошеным гостем, другие члены шайки дружно опустошали сад. Возвратившаяся хозяйка снова кидалась в бой, и все повторялось сначала. К счастью, прибыв на место, мы спугнули рыб-попугаев до того, как им удалось нанести саду значительный урон. Но, несмотря на оказанную поддержку, наша знакомая так и не прониклась к нам доверием. Где-то втайне она подозревала, что Ли сидит на особой, состоящей в основном из водорослей, диете и потому имеет виды на ее собственность; вот почему, стоило Ли подплыть слишком близко к ее сокровищу, рыбка тут же бросалась яростно его защищать.