Мы все посмотрели на него. Поскольку пена на губах у него еще не показалась, мы решили все обратить в шутку.
— Какое отношение имеют листья к полиэтиленовым мешкам? — спросил я, ничуть не надеясь на разумный ответ, в чем, увы, не ошибся.
— Мы соберем листья в мешки и принесем их в гостиницу, — сказал Джонатан.
— А что мы будем там с ними делать? — спросила заинтригованная Ли.
— Высушим.
— Высушим?
— Ну конечно же, а потом достанем лестницу, заберемся на дерево и будем сыпать их вниз, — изрек Джонатан. — И я, наконец, сумею снять листопад.
Естественно, этот наполеоновский план неизбежно вызвал новый конфликт с многострадальным капитаном Проузом. Паулу командировали в ближайшую деревню, откуда она вернулась с четырьмя огромными траурно-черными полиэтиленовыми мешками. Подгоняемые вошедшим в раж Джонатаном, мы набили мешки сырыми листьями и возвратились в гостиницу «Брэмбл Хилл» с таким количеством потенциального перегноя, которого вполне хватило бы на нужды крупнейших ботанических садов мира. Мы сложили наши сокровища в вестибюле, и Джонатан отправился на поиски капитана Проуза. Когда они вернулись, он представил капитану четыре огромных мешка, которые благодаря своему содержимому напоминали прилетевших из космической бездны гнусных слизнеобразных тварей.
— Я хочу, чтобы вы мне помогли вот с этим, — просто сказал Джонатан.
Капитан с опаской осмотрел мешки.
— С этим? — после некоторого замешательства спросил он. — Вам нужна моя помощь?
— Да, — подтвердил Джонатан.
— А что это? — осведомился капитан.
— Листья, — ответил Джонатан.
— Листья? Что за листья? — растерялся капитан. Такого с ним еще не случалось.
— Осенние листья, — победно сообщил Джонатан. — Мы набрали их в лесу.
Капитан Проуз молчал. Ничто из его предыдущего опыта не подсказывало ему, как вести себя с постояльцем, неожиданно предложившим вниманию четыре доверху набитых осенними листьями полиэтиленовых мешка да еще требующим его помощи.
— Понятно, — промолвил он, облизнув губы. — И что же вы намереваетесь с ними делать?
— Сушить! — ответил Джонатан, пораженный тем, что капитан не может сам догадаться.
— Сушить? — удивился капитан. — Их?
— Ну да, они же мокрые, — объяснил Джонатан.
— Зачем же вам нужно их сушить? — помимо собственной воли заинтересовался капитан.
— Да ведь они не будут падать, пока мокрые, — ответил Джонатан, теряя терпение от бестолковости капитана.
— Но они уже упали, — уточнил капитан.
— Знаю, — окончательно вышел из себя Джонатан. — Поэтому-то они и намокли. А теперь их надо сушить.
К счастью, именно в этот момент вернулась Паула, которая отсутствовала из-за своих постоянных телефонных переговоров. Она мгновенно оценила ситуацию.
— Капитан Проуз, сейчас я все объясню. Уверена, что тогда вы сможете нам помочь, если это вообще возможно, — проговорила она, очаровательно улыбаясь и призвав на помощь все свое обаяние.
— О, я был бы чрезвычайно признателен…
Просто и доходчиво Паула поведала всю драматическую историю с листопадом. Когда мы только приехали в гостиницу, капитан Проуз был настолько любезен, что помимо наших номеров предоставил нам еще одну комнату, где мы могли обсуждать сценарий и размещать съемочную аппаратуру. Это была странная комната на втором этаже, больше всего напоминавшая оранжерею в викторианском стиле. И вот теперь Паула спросила разрешения заодно высушить в ней добрую половину леса. Капитан все же обладал чувством юмора и твердой хваткой хозяина, иначе он выставил бы нас из отеля в тот же момент. Он, напротив, отдал нам кипу старых номеров «Таймс», чтобы мы могли разложить на них наши драгоценные листья, а также солидную электрическую печь образца примерно 1935 года. Вскоре печь, словно могучая домна, уже выбрасывала мощные потоки тепла. Листья, разложенные на старых номерах «Таймс», заняли полкомнаты, и Джонатан, тихонько напевая, любовно перебирал их руками. Мы все собрались в дружеском кругу выпить по стаканчику виски и понаблюдать за ним.
— Это похоже на сценку из спектакля в сельском клубе, — промолвил Крис. — Не находите? Например, «Дети в лесу».
— Вот уж нет, — принялся рассуждать я. — Харрис слишком стар для дитяти. Это скорее «Буря». Там есть спятивший старина Калибан, мечущийся в своем обиталище.
— Смейтесь, смейтесь, — холодно прервал наши разглагольствования Джонатан. — Посмотрим, что вы скажете, когда настоящие осенние листья дождем посыплются с деревьев.