По прибытии обратно в лагерь, Шон поспешил связаться с Ричардом и доложить о ситуации.
Главнокомандующий слушал, не перебивая старого знакомого.
-Значит, все было спланировано. Они знали, что мы обнаружили схрон, они нас ждали. Значит, могут знать, где находится лагерь. Вам надо сниматься с места.
-Понял. Приказ исполняю.
-Шон, - в голосе Ричарда послышалась на секунду нотка сожаления. – Ты жалеешь мальчишку?
Хотелось бы капитану сходу ответить «Нет», но язык словно прилип к небу.
-Брось, ты должен отдавать себе отчет, что Рони сделал все правильно. Если бы вы его упустили…
-Я знаю, - полушепотом ответил Шон. – Но…
-Никаких «но», капитан! – голос Ричарда потяжелел. – На войне не бывает никаких полумер, и ты знаешь это не хуже меня! Ты либо жив, либо нет.
-Он уже нет.
-А ты еще жив! И у тебя под командованием отличные бойцы. Вытри сопли. Пропустишь мгновение, и уже будешь лежать с дыркой меж глаз в луже собственной крови. Они никого не жалеют. Тебе рассказать, что эти ребята делают с местными женщинами, которые не успели сбежать? С детьми? Хочешь? Я быстро тебе глаза на мир-то открою.
-Я всегда в таких случаях думаю, а не ошибся ли я?
-Даже если так, то уже ничего не поменять. О спасении своей души надо было думать до того, как ты в первый раз взял в руки оружие. В любом случае, вам надо сниматься с этого места. Отойдите с ребятами дальше в пустыню, переждите пару дней, пока все не уляжется. Мы сейчас прорабатывает один маршрут, возможно, это как раз будет работенка для них. Как понял?
-Понял, понял.
-Конец связи.
Рация замолчала, оставив Шона наедине со своими мыслями.
Атмосфера в лагере царила напряженная, даже разговоры были на половину тона ниже. В карты больше никто не играл, шутками друг друга не задирал. Лишь Бугай Мики не изменял самому себе, продолжая начищать свой автомат.
Капитан понимал, что Ричард прав – Рони сделал все правильно, и это бесило его. Но еще больше бесило то, что он все еще прокручивал в голове сотни других вариантов, в которых мальчишка остался в живых. И ни один из них ему не нравился.
Поэтому Шон затолкал свои эмоции подальше, и боевым голосом озвучил приказ Ричарда.
-Снимаемся? –Бишоп помогал Ахмеду складывать палатки и укладывать их во внедорожник. – Это по мне, не люблю задерживаться на одном месте.
-Да, выдвинемся с наступлением темноты. Поедем на запад, в пустыню.
-Выглядит так, словно мы бежим от чего-то, - Браун озвучил мысль, возникшую у каждого в лагере.
-Ага, от смерти бежим, - съязвил Ден.
-Я лучше встречу ее лицом к лицу! – ответил Рони, проверяя, прочно ли сидит обувь.
-Не сейчас, еще придет твое время, - сказал Шон, и ребята замолчали. – Разрабатывается один маршрут для нас.
-Наконец-то!
-Ура!
-Постреляем, братва!
-Так чего же мы ждем?
Три часа сборов – и весь отряд «Альфа» уже пересекал песчаные холмы на трех внедорожниках. Часом ранее они отправили одного чертыхающегося Дена на пробивание безопасного от мин коридора.
-То есть, вы поедете с комфортом, а мне на своих двоих идти?
-И внимательно смотреть под ноги, иначе две превратятся в одну! – ответил ему Ахмед, и Ден скривился.
-Мы тебя подберем потом, дальше десяти километров не уходи. Дальше уже бесполезно проверять – слишком нестабилен там песок, мин не будет.
-Как скажешь, капитан, - он отдал честь Шону и, вооружившись своим оборудованием, утопал в пустыню.
Как только тлеющее, словно уголь, Солнце скрылось за линией горизонта, принося долгожданную прохладу, опорный пункт снялся с места.
Шон ненавидел пустыню всеми фибрами своей души. Огромная душная песочница. Но приказ был – углубиться именно в том направлении в надежде, что боевики не пойдут по следу.
Капитан бы и сам не стал соваться сюда, тем более – подставлять ребят. Но приказ, есть приказ.
К середине ночи они добрались до обозначенной точки, что представляла собой всю ту же пустыню, только выровненную.