- Ну, у нас тут не Греция и не Египет, - хмыкает Ирвинг скептически, отойдя немного от первого шока. Сдаётся ему, никакой музей не вместит в себя его находку, даже если правительства всей Земли объединятся, чтобы этот корабль отсюда вытащить. А это значит, что Оривия официально станет местом паломничества всех хоть сколько-нибудь уважающих себя туристов и археологов, а сам старик может рассчитывать на мировую известность.
- Последняя, - выдохнул Дум с облегчением, перешагивая через каменную ступеньку, чтобы тут же оказаться по пояс в воде. - Тьфу ты, сглазил!
Фонарь пришлось оставить на лестнице, чтобы не нарушать возникшую световую дисперсию и не остаться опять в темноте. Ирвинг думал, что так сумеет преодолеть оставшееся до цели расстояние с комфортом и нигде не оступится. И всё же вода оказалась хитрее, скрыв от глаз старика свою настоящую глубину.
Кое-как выбравшись на относительно сухую каменную поверхность, Ирвинг удовлетворённо и с гордостью оглянулся на найденный корабль, который уже мысленно считал своим и даже начал название ему подбирать. На корме мелькнула чья-то неясная тень, но Дум решил не придавать этому значения, посчитав её эффектом игры света и тьмы.
Йен отошёл от борта ковчега и углубился в раздумья. Зачем хозяин впустил сюда этого старика? Чего он этим добьётся?
“Над нами ещё много людей”.
“И это – та земля, которую мы искали? Она ведь уже занята”.
“Так отними, и она станет твоей”.
“Господин обещал мне награду, если я возьму его с собой в плавание… Он мудрый и всё понимает”.
“Никто не знает тебя лучше, чем я. Ты же хочешь быть первым?”
“Первым… Да. Точно. Я для этого и построил ковчег”.
“Именно. Делай, что хозяин велит, и преуспеешь. А я буду рядом, когда ты возвысишься над этим миром”.
Йен краем глаза заметил, как по корме зазмеился зеленоватый туман. Его клубы перевалили через край и устремились вниз, незаметно подбираясь к ничего не подозревающему старику. Половицы кормы при этом гулко завибрировали, и Йен брезгливо поморщился. Спящие в чреве ковчега питомцы господина почуяли его пробуждение и, кажется, уже начали прокладывать себе путь на поверхность…
2
Никогда не предугадаешь, чего можно ожидать от будущего кроме неопределенности. С этими словами согласится каждый, а особенно Кейт Бартерс. Не вписываются события того дня в рамки обыденного. То, что произошло с ней, всегда будет обратной стороной счастья, преследующей её в лабиринтах сознания.
Когда ранние солнечные лучи достигли верхних краев простыни, Кейт уже лежала с открытыми глазами. Лень было вставать, так еще скоро начинались пары в институте, который за последние два года успел поднадоесть. Сонно протянув руку к столу, она нащупала зеркальце и затем посмотрела на свое отражение. Стоило быстренько сходить в душ, чтобы помыть взлохмаченные волосы. Вот всегда так, ложишься спать с хорошей прической, а просыпаешься с “веником” на голове.
“Лучше опоздать, чем выглядеть глупо”.
Тем временем по улице проезжал на стареньком велосипеде парнишка Джимми Фур, разбрасывая еженедельную газету. Умелый бросок доставил свежий номер “Davon’s Choice” прямо к ступенькам дома. На первой полосе красовалось отреставрированное здание поликлиники.
Кейт, справившись с мытьем головы, накинула на себя легкую блузку черного цвета и прошлась до комода, напевая себе под нос какую-то девчачью песню из “TV Music Star”. Порывшись в ящиках и обнаружив там темные брюки, белую юбку и светлые джинсы, недолго думая, она выбрала последние.
Высушив феном волосы и умело нанеся на губы помаду, Кейт пошла на учебу. Здание института, к счастью, находилось всего лишь в пяти кварталах, что позволяло ей каждый день добираться до цели пешком. Она бодро шагала в такт музыке из плеера, настроение было на высоте.
Бартерс училась на лингвиста. Ей нравилась выбранная специальность, она давала шанс на хорошее будущее, расширяла мировоззрение, позволяла общаться с носителями других языков. Хорошо, что не послушалась близких, которые прочили ей кресло менеджера среднего звена в престижном офисе. Кейт не любила такую серую работу, ей хотелось заниматься тем, к чему душа ближе, а не поддаваться чужому мнению. Она мечтала стать профессиональным переводчиком и объехать весь мир.