— 33 фута, это 11 метров? — Димитрис кивнул. — Посмотреть надо. — Ответил ему.
— Что предлагаешь взамен? — Тут же задал вопрос Димитрис.
— Могу оружием расплатиться. Патронами. Золотом. Могу даже камушки предложить.
— Оружием, это хорошо. Но оружия и у нас хватает, как и патронов. Золото? Тоже не плохо. Но золото есть не будешь, хотя оно идёт хорошо, как средство платежа. Но у тебя есть балкер. И он для сыпучих грузов. И я уверен, что ты везёшь в нём не песок или гравий. Так ведь, Марк? Джеймс предположил, что у тебя там зерно. Это же ведь зерновоз?
— Правильно предположил Джеймс. — Усмехнулся я. Скрывать это было бы глупо. — Действительно, зерно. Пшеница. Есть кукуруза и чечевица.
Заметил, как Марта встрепенулась и поближе придвинулась ко мне.
— Тогда нет вопросов. Расплатишься зерном. Мы возьмём всё. И пшеницу, и кукурузу, и чечевицу.
— В смысле всё? Я отдам балкер за катер? Не слишком ли круто, Димитрис.
— Ты не понял меня. О цене договоримся. Просто можем взять, как зерном, так и кукурузой или чечевицей.
— Хорошо. Ещё, я смотрю у вас танкер стоит. Наливник?
— Да.
— Дизель?
— Дизель.
— Мы, конечно, сильно не нуждаемся сейчас в топливе. Но если есть возможность, то доливаемся им. Предпочитаем идти с полными баками. Всё же кораблики у нас много кушают. Как насчёт дозаправится?
— Нет проблем. Платишь зерном.
— Договорились. Ещё нам нужны свежие фрукты и овощи. Это тоже возьмём. Но с этим разговаривать не со мной. С представителями нашей гражданской администрации. Ей заведует моя мать.
— Хорошо. — Кивнул Димитрис. — Поговорим. Ну вот, Марк. Есть товар, есть то, чем можно расплатиться. Зерно, это самая ходовая валюта в Эгейском море. Да и вообще во всём Средиземноморье.
Неожиданно почувствовал какое-то беспокойство. Замолчал, вслушиваясь в свои ощущения. Что-то меня встревожило. Не мог понять что. Неожиданно ожила рация у меня.
— Марк, приём. Это Юрий Николаевич.
— Слушаю, капитан. — ответил ему.
— Марк, Люся беспокойная. Бегает вдоль борта. Иногда замирает и смотрит на берег, куда вы ушли. Лёня вместе с ней. Они встревожены.
— Понял тебя, кэп. — Закрыл глаза и попытался настроится на Люсю, как это было на турецком берегу. Сначала увидел Люсю. Она пыталась словно что-то сказать. Потом картинка переключилась. По горной местности быстро бежали две фигуры. Картинка приблизилась. Это были мантикоры. Но не такие, которые мы привыкли видеть. Эти ещё до конца не успели мутировать в уродливые формы. Хотя процесс мутации уже шёл. Даже одежда на них была ещё относительно целая. Попытался определить направление. Северо-запад. Картинка пропала. Оказалось, что я стою. Встал скорее всего во время транса. Димитрис и Марта, да и остальные, кроме моих людей смотрели на меня с удивлением. Наши же смотрели с тревогой.
— Марк, что видишь? — Спросил меня Антон. — Мантикоры?
— Они. Двое. Направление северо-запад. Быстро приближаются. Из свежих. Видать недавно обратились, так как мутировать в монстров ещё не успели. Но процесс идёт. — Взглянул на мэра Тортуги. — Димитрис, ты уверен, что на острове нет мантикор?
— Каких мантикор?
— Мутантов. Мутов по вашему. Мы их зовём албастами или мантикорами. Это из мифологии, демоны такие.
— Абсолютно уверен. Остров от мутов чист. Я как раз хотел с тобой поговорить на счёт мутов. Джеймс мне сказал, что у вас есть двое таких?
— Они не мутанты. Мы предпочитаем называть их изменёнными. Да, есть двое. Мальчик и девочка. Они подверглись мутации вируса. Но они не такие, каких мы и вы привыкли видеть. Люся и Лёня другие и они члены команды. Даже больше, они члены семьи. Моей семьи. Для меня Люся, как младшая сестра. Но сейчас не об этом. Ты ошибаешься, Димитрис. Остров не так уж и чист от мутантов. Как минимум, двое сейчас приближаются к Тортуге. С северо-запада. Там есть какой-либо населённый пункт?
— Нет. Единственный населённый пункт, это Тортуга. — Ответила Марта. Все, кто сидел за столом встали. По таверне пошёл гул голосов. Все были встревожены.
— Ты ничего не путаешь, Марк? — Переспросил меня Димитрис.
— Нет. Ничего. Машина есть?
— Есть. Пикап подойдёт? — Спросила Марта.
— Да. В самый раз.
— Марк, это Люся почуяла их? — Спросил Антон. Я кивнул.
— Она. Или они оба сразу. Хотя я перед этим сам почувствовал тревогу. Потом с нами связался Николаевич. Я постарался настроится на Люсю, и она показала мне картинку. Как тогда, на турецком берегу, когда заправлялись.
— С такого расстояния она их почувствовала? — Спросила Ольга. — Это же далеко!