— Ну а как ты хочешь? Люся ведь женщина тоже. И ничто прекрасное ей не чуждо, особенно, если дело касается моды и быть красивой.
Люся и Лёня с интересом осматривали чучело акулы. Переглянулись друг с другом. Потом посмотрели на меня с вопросом.
— Что? Удивлены? — Усмехнулся я. — Я тоже был удивлён. Это же надо, какой монстр получился.
А ещё, впервые здесь на Тортуге, я увидел серебряные монеты. Нет, я серебряные монеты и раньше видел. Просто это были местные монеты, небольшого достоинства. Они сами их делали из серебряных украшений. Назывались форинты. Что-то знакомое. Вспомнил, форинт это валюта Венгрии была.
— Почему форинт? — Спросил я Димитриса, держа пару серебряных монет в руке.
— А их делать начал один венгр. Матьяш его звали. Раньше неразбериха была, платили всем, чем придётся. Иногда из-за этого конфликты случались. Он притащил из Турции пресс. Небольшой такой. К нему стали отвозить серебряный лом или слитки, которые находили на материке. Он плавил и штамповал монеты. Небольшого достоинства. Зато торговля стала более упорядочена.
— Но мне сказали в начале, что можем расплатиться тем, что у нас есть. — Сказал я Димитрису.
— Всё верно. Вы же не планировали осесть здесь или где-то поблизости. Зачем вам в таком случае форинты? Это те, кто сюда приходит меняют мародерку на форинты. Либо меняют бартером. Но с форинтами удобнее. Он и назвал монеты форинтами. Если что-то крупное, тогда и договариваются именно на бартер. А так, в таверну зайти, девочку снять на ночь, или что по мелочи купить, то форинты идут очень хорошо. Это гораздо удобнее.
— И где этот Марьяш?
— Не знаем. Три месяца назад пошёл на материк, в Грецию, надо было ему там что-то. Да так и не вернулся. Никто не вернулся, кто с ним пошёл. А мы стали сами их штамповать. Назначили ответственного, вот они и ещё пара людей штампуют их.
— То есть, ими в округе можно расплачиваться?
— Ну да. На островах Эгейского моря, где живут люди, наши форинты имеют хождение. Дальше не знаю. Скорее всего нет. Теперь у каждого анклава свои системы расчёта.
— Почему именно форинт? А не, например, доллар, евро, гульден или талеры? — Я усмехнулся. Димитрис пожал плечами.
— А нам какая разница, форинт, евро или талер с гульденом? Без разницы. Но раз назвали форинтом, то пусть форинт. Чем он хуже остальных?
— Да сейчас ничем не хуже. Тем более, если серебряный, а не бумажный.
— А кому сейчас бумага нужна? Ей даже зад не подотрёшь. — Мы засмеялись. Всё верно, подтирать зад купюрами, без разницы какими, это трэш. — Вот ты расплатился у Марты в таверне. Золотой монетой. Это много. Ты бы мог эту монету сменять на форинты, гораздо дешевле бы тебе обошлось всё это. — Сказал он. Я кивнул.
Я всё же наменял немного этих форинтов в обмен на золото. Обменяли мне с удовольствием. Марта поменяла.
Смотрел, как на тележку затаскивали бронекатер. Балкер уже покинул залив и стоял на рейде. На его место зашёл «Ковчег». Тележка была уже готова. Её загрузили на паром. БТР, БПМ и БРДМ отогнали дальше вглубь грузового отсека парома. Освободили место под бронекатер. К тележке прикрепили трос лебёдки. Бронекатер Андрей подвёл к открытому пандусу. Сам пандус чуть опустили в воду. Бронекатер подошёл к тележке, которая одним концом так же была в воду. Нос бронекатера ткнулся в неё. Тут же закрепили на носу трос ещё одной лебёдки. Андрей махнул рукой. Лебёдка заработала, затаскивая бронекатер на тележку. Килем бронекатер зашёл на валики внутри тележки. Они начали вращаться. Мы стояли и наблюдали. Всё шло хорошо, как и должно быть. Вот катер практически зашёл на тележку. Обнажилось днище катера, водомёты. Наконец, он встал полностью. Лебёдка остановилась. Катер закрепили на тележке. Заработала вторая лебёдка, затащившая тележку внутрь парома с пандуса.
— Стоп! — Крикнул Георгич, подняв скрещенные руки. Лебёдка замерла. — Всё.
Тележка с катером полностью зашла в потроха парома. Пандус поднялся и закрылся полностью. Ко мне подошёл Георгич. Ухмылялся.
— Что, Марк, новую игрушку приобрёл?
— Ну а что? Разве плохо? Мы на острове будем жить. Сам бог велел иметь такие вот подвижные небольшие суда. Быстрый, скорость почти 50 миль в час, это 80 километров. Вооружение отличное для такого судна. Две автоматические пушки и шесть пулемётов. Ещё на него ставят управляемые ракеты. Но тут их нет. Ну и чёрт с ними, обойдёмся тем, что есть. Двойной боезапас зато к двум автоматам и пулемётам. Баки полные, под завязку. Красавчик, а не катер. Чего ещё надо?
— Да нет, всё нормально. — Всё так же усмехнулся Георгич. — Молодец, всё хомячишь подряд. Ладно, как я понял, Андрей со своими башибузуками идёт с нами?