– Бред, – произнесла себе под нос девушка и тряхнула головой.
***
Вечером этого же дня Виктория сидела в «Мейнз» и глушила свои сегодняшние впечатления в литрах сока.
В её голове всё еще не укладывалось произошедшее в этом городе и происходящее во всём волшебном мире. Судьба Близнецов Мартин, которые мало того, что в десять лет потеряли обоих родителей, так ещё и не общаются последние несколько лет из-за обычной недосказанности. Если бы только Итан тогда выслушал Эмму или же Эмма не сдалась и призналась во всём брату – возможно, всё было бы по-другому, всё сложилось по-другому.
То, что верховный ковен и все маги отвернулись от волшебников Старлайла, когда они перестали приносить им выгоду и вернулись со списком требований, когда маги этого города решили свою проблему. Почему-то она считала, что волшебники лучше людей, но сейчас осознавала, что одного другого не лучше, возможно, даже хуже. Люди поступают зачастую также, берут, холят, лилеят и поддерживают, когда им это выгодно, а после выбрасывают как поношенную одежду и берут назад лишь когда она вновь возвращается в моду. Почему что для Верхнового ковена, что для вышестоящих людей – жизни, которые они ломают это всего лишь вещи, нужные лишь когда они сами возвращаются в моду?
Со стороны входа послышался шум, она привстала с дивана и посмотрела в сторону входа. Туда зашло несколько мужчин, которые только закончили один из матчей по футболу. Это были обычные жители этого города, они каждую неделю устраивали любительские матчи, благодаря которым выплёскивали накопившиеся эмоции и радовались жизни. В одном из них она узнала Джона, на лице непроизвольно появилась улыбка.
Больше от того, как он умел находить общий язык с людьми, он находился в этом городе две недели, а уже завёл себе тех, с кем может погонять мяч, каким бы ужасом она его не видела, но это было одно из тех качеств, которыми она восхищалась и хотела перенять. Уинстон умел расположить к себе, умел вести переговоры, манипулировать, выворачивать всё в нужное для себя русло и везде находить выгоду. Складывалось чувство, что нет той вещи, которую он бы в этом мире не мог сделать.
Заметив её взгляд на себе, он ухмыльнулся и подмигнул ей, девушка в эту же секунду опустилась назад на своё место, продолжая потягивать сок через трубочку. Через несколько мгновений он подошёл к ней, усаживаясь напротив и улыбаясь.
Он выглядел так естественно, что было даже непривычно. Обычно мужчина носил костюмы, рубашки, галстуки, всё всегда идеально подходило и максимально лаконично смотрелось. Сейчас же на нём была самая обычная футболка, растрёпанная причёска и создавалось ощущение, будто бы она знала его вечность.
– Что-то расскажешь мне? – он первым начал диалог.
Девушку это ввело в ступор, но несколькими секундами позже она поняла к чему он клонит, к тому, что она согласилась на его игры две недели назад.
– Я только больше убедилась в своём мнении, – пояснила девушка.
Её голос был мягче, спокойнее, не такой настойчивый, как тот день, когда они сидели на этом же месте. Это заставило его усмехнутся.
– Что же такого произошло за эти две недели, что заставило тебя это сделать? – уточнил он, внимательно смотря за её реакцией.
– Одно твоё наличие в моей жизни, Уинстон, – ответила девушка.
Мужчина лишь ещё больше ухмыльнулся, придвигаясь ближе к столу и смотря в небесно-голубые глаза Бродерик.
– То есть, когда я «перекрывал кислород» тебе это мешало, я перестал производить какие-либо действия в твой адрес и я всё ещё тебе мешаю? – он склонил голову на бок. – Не думала, что может быть дело не в том, что делаю я, а в том, что ты сама слишком много обо мне думаешь?
Она уже собиралась отрицать все его слова, вновь назвать его психом и сказать уйти из её жизни, но задумалась. Он и правда на протяжении всего времени здесь не делал абсолютно ничего, но за эти две недели она думала о нём больше, чем когда они были вместе. Возможно, в тот момент он был всегда рядом и ей не приходилось о нём думать так часто, а сейчас, когда он одновременно здесь, но его никогда нет ей необходимо это. Раньше ей казалось, что её чувства к этому человеку вполне однозначны, они обязаны быть однозначны после всего, что произошло, но брюнетка начинала в этом сомневаться.