– Не хочу Вас отвлекать, но если он светится – это значит, что здесь уже открывали портал в мир мёртвых, нам лишь сотворить ритуал, который поможет нам стать негласными свидетелями этого, думаю тогда ответом у нас будет гораздо больше, – пояснила шатенка.
Она вновь взмахнула палочкой и они могли говорить, но и это продлилось относительно не долго, оставив Виктории необходимые инструкции, Каролина схватила Мартина за руку, вместе с ним перемещаясь в зал ковена. Как только они переместились, Кларк двинулась в сторону своего кабинета юного алхимика, перебирая необходимые склянки, которые могут помочь в создании и проведении ритуала
Мужчина участливо ей помогал, посматривая в надиктованный ей же список всего, что им потребуется. Некоторое время они собирали всё в тишине, девушка лишь иногда косилась на него, желая задать интересующий её вопрос. Сегодня она стала свидетелем самого ярого спора Виктории и Итана, таковым он был не из-за него, он вёл себя так всегда, решающим тут было действие Бродерик, которое также понятно, никто не сможет настолько долго слушать то, что она слышит от него постоянно.
– Чем она тебе так не нравится? – спросила Каролина, продолжая вглядываться в зелья.
– Не нравится? – усмехнулся он. – Много чести даже для подобного, мне на неё всё равно.
– Разумеется, – наигранно ответила Кларк.
Она повернулась к маленькому чемодану, укладывая в него несколько разноцветных мешочков с необходимыми травами.
– Ты ведь всем подряд говоришь, какие они убогие, постоянно делаешь акцент на ошибках и предпочитаешь задеть любым словом, – продолжила девушка.
Шатенка пересчитала склянки, а после подошла ближе к огромной полке, которая уходила своими концами в потолок, на ней была закреплена лестница, по которой девушка взобралась, в поисках необходимых камней.
– Я всего лишь напоминаю ей кто она, – спокойно ответил он.
Девушка уже соскочила с лестницы, раскладывая последнее в свой чемодан, захлопнув его, она резко повернулась в его сторону, складывая руки на груди крестом.
– И кто же она? – уточнила Кларк.
Он закатил глаза и устало посмотрел на девушку.
– Слабый человек, который случайно обрёл магический дар, не более того, – прищурившись ответил он.
– А кто я? – этот вопрос был неожиданностью даже для неё самой.
Мужчина смутился, не понимая смысла вопроса, но Каролине не спешила ему что-либо пояснять, ожидая необходимого для неё ответа. Он сам должен был дать ей ответ, влияло максимально всё, начиная от его взгляда, движений, заканчивая тем, как именно он воспринял данный вопрос, который прозвучал от неё.
– Красива девушка, – произнёс Мартин, делая шаг ближе к ней – Преданный друг, – он сделал паузу. – И самая умная волшебница, которую я знаю.
Шатенка улыбнулась, да, она и сама знала, что хороший друг, что умная волшебница, отличный химик и профессионал в зельях, но порой даже самому уверенному в себе человеку хочется слышать положительное в свой адрес. И причём, слышать это хочется от дорогих людей, от тех, на кого ты хочешь и желаешь произвести впечатление. А на него она хотела его произвести, хотела быть в его глазах лучшей, достойной…но опять же вопрос, достойной чего?
Иногда, люди, которые привыкли бороться за эдакое место под солнцем требуют от себя большего, они всегда недовольны результатом, не могут себя хвалить, даже если согласны со многими присущими положительными чертами. Ты умный среди своих, но ты глуп среди тех, кто выше тебя на ранг, ты красив среди своих, но ты убожество по сравнению с самыми красивыми людьми в мире, ты предан, среди своих, но ты не дотягиваешь до киношных стандартов, где друг умирает за друга. Всегда чего-то недостаточно…
С одной стороны это хорошо, ты постоянно борешься за что-то, совершенствуешь себя, но в погоне за этим ты не можешь быть счастливым. Ты хочешь достичь величия, чтоб обрести радость, но когда ты его достигаешь – ты теряешь способность быть счастливым. Цена равносильна заработку, ты бежишь за одним, но не в состоянии насладится им, теряя это умение в погоне. И поэтому, даже самому лучшему, сильному, нужны слова поддержки от кого-то важного для него, как грамм счастья, к которому он стремится, но не способен ощутить.
– Даже не уточнишь, почему я это спросила? – она вобрала себя больше воздуха.
– Зачем уточнять то, на что и так знаешь ответ? – усмехнулся он, облокачиваясь руками о стол за её спиной.