– Порог допуска к магии – шесть, так что уверен, что да, – произнёс мужчина.
Девушка посмотрела на свои посиневшие руки, одной рукой она коснулась другой, медленно проводя по болезненным участкам.
– Арпанам, – произнесла она.
Синяки, момента кравоподтёки и просто боль в мгновение ушли и она с облегчением выдохнула. Магия с каждым разом давалась всё болезненнее, будто бы весь мир вокруг пытался разубедить её в том, что она этого достойна. Болью, ударами, колкими фразами и самыми обычными действиями, с каждым разом сильнее, грубее и больнее, словно испытывая девушку на прочность, ломая, чтобы увидеть выдержит ли.
– Джон не возвращался? – уточнила Виктория.
– Нет, не возвращался, – только и успел он произнести
Дверь резко открылась и в помещение зашла молодая девушка, она выглядела практически как Александра, такая же аккуратная одежда, причёска, озлобленный и высокомерный взгляд. Единственное, волосы у неё были в разы темнее.
– Николас, сколько можно прохлаждаться? – грубо спросила она, складывая руки на груди крестом.
Мужчина лишь тяжело выдохнул и убрал газету в сторону, после чего встал и убрав руки в карманы подошёл ближе к ней.
– И тебе добрый день, Корнелия, – ответил он. – Я выполнял поручение Фарлоу.
Лицо её в мгновение изменилось и девушка сразу же посмотрела на Бродерик оценивающим взглядом, яркое выраженное отвращение гримасой показалось на её лице. Но спустя несколько секунд она вновь перевела взгляд на него.
– Уже закончил? – голос был тише, но не терял нетерпеливого тона.
– Закончил, – едко ответил он ей прямо в лицо, от чего она на мгновение пошатнулась. – Виктория, подожди Джона внизу, он скоро спустится.
С этими словами он удалился из комнаты, Корнелия же ещё раз одарила брюнетку презрительным взглядом и также быстро скрылась за входной дверью. Виктория лишь тяжело вздохнула и сразу же направилась в указанное место. Однако спустя пару минут витиеватые коридоры, которые казались бесконечными, полностью её запутали и девушка застыла, совершенно не зная куда идти. И как на зло никого рядом не было, кто бы мог помочь ей, проводить или подсказать, да и даже если бы были, один лишь их взгляд полностью характеризует их к ней отношение, они на вряд ли бы даже заговорили.
Виктория бездумно двинулась вперед, сейчас самым большим желанием для неё было поговорить с Уинстоном, что звучало для неё слишком иронично. Какое-то время назад она всеми силами избегала какого-либо с ним контакта, а сейчас с такой же отдачей ищет его и не может смирится с тем, что необходимо ждать. Хотя сегодня у неё было столько возможностей с ним пообщаться, но ослеплённая чудесами Валисси и ещё не до конца разобравшаяся в своих мыслях, ценностях и чувствах, она с успехом все их упустила.
– Кто это вообще строил, – возмущения были слышны за следующим поворотом.
Бродерик ускорила шаги и сразу же направилась туда, но увиденное заставило её оцепенеть, очередное напоминание о ужасах магического мира стояло перед ней. Тот самый мужчина с аукциона, сидевший недалеко от неё, смотревший на неё странными взглядами, изучающими и готовыми поглотить. Он обернулся и увидев её также замер, буквально на несколько секунд, будто бы строя в своей голове пугающие планы.
– Просите за мою излишнюю эмоциональность, – спокойно улыбнулся он, что внушило хотя бы немного доверия. – Не совладал с масштабами здания.
Он убрал руки в карманы брюк и остановился прямо перед ней, приветливо улыбаясь и говоря что-то про архитектуру.
– Да, я тоже, – кивнула девушка и после этого повисло угнетающее молчание, заметив его, она протянула ему руку. – Виктория Бродерик.
Мужчина шагнул ближе,
взял её руку и нагнувшись поцеловал тыльную сторону ладони, после чего вновь выпрямился и кивнул.
– Очень приятно, Виктория. Меня зовут Морган Миллер, – произнес мужчина.
– Взаимно, Морган.
Молодые люди перекинулись ещё парой приветственных фраз и девушка уже мысленно корила себя за отрицательные мысли по-поводу нового знакомого. Он был вполне доброжелателен, приветлив и даже предложил найти выход из этого чарующего места вместе. Таким образом они и двинулись по коридорам Верхового ковена.
– А я помню тебя, ты была в Цензе в день пожара, – сказал Морган, идя с ней нога в ногу.