— Да и приодеться бы не мешало. Не идти же тебе в этом, — Ардара кивнула на бандаж Инфы, в котором та щеголяла с самого острова, — в Долину Справедливости надо прибыть достойными шаранг, а не бродяжками с разбитого корабля!
Только теперь новообращённая осознала причину постоянно обращённых на неё взглядов со стороны команды и капитана эльфийского корабля. Она до сих пор не могла до конца привыкнуть к этой особенности Небытия. Миру, где надетый на тебя кусок кожи или ткани, или его отсутствие, почти всегда радикально влияет на отношение окружающих. Неприятно кольнула ностальгия по Ковчегу. Как там сёстры, мамина ма и прамамина ма? Как же они все далеко! Взгляд невольно перескочил на нос эльфийского корабля. Астры и Максима уже не было. «Дядюшка Грю. Дядюшка Грю…» — словно мантру твердила Инфа всю дорогу до портовой харчевни.
В переполненном Чёрными орками зале им удалось перекусить рагу из непонятных овощей и мяса. Не особенно вкусным, но довольно сытным. Понюхав местное пиво, Инфа решила обойтись водой. Косые взгляды клыкастых то и дело скользили по их группе, но опытные воины, замечая на поясе наставницы Ключи Матери и Сына, не пытались даже приблизиться к делегации шаранг.
Наконец, им удалось сговориться с кривым хозяином харчевни, сын которого должен был отвезти путешественниц к жемчужным воротам. Старый гоблин сжалился над женщинами и снабдил их в дорогу специальными плащами-накидками с возможностью заматывать лицо. По-другому дышать при проезде через дымный пригород было просто невозможно.
Весь путь до жемчужных ворот смотреть было решительно не на что и шаранг устроились подремать, накрывшись шкурами и замотавшись в плащи.
Разбудил путешественниц громкий окрик княжеских примантов. Гвардия Светлых выглядела внушительно. Инфа впервые видела воинов, с ног до головы закованных в лёгкие на вид доспехи, покрывавшие тело, словно чешуя. Копья, которыми были вооружены воротные стражи, напоминали таковые у шаранг. Только у основания длинного листовидного наконечника были зачем-то прикреплены изогнутые крючья.
Путешественницы покинули повозку и Зелерин вступила в переговоры с начальником стражи. Все формальности решил пергамент с печатью Царицы Шаранг. И, несмотря на потрёпанный вид будущих Адептов Ковена, Инфа с Ардарой вновь почувствовали пристальное внимание альвов.
Наставница рассчиталась с гоблином и проследовала вместе с подопечными в небольшую калитку рядом с жемчужными воротами. Попав за стены, шаранг были вынуждены свернуть в боковой проход. Центральная улица была наводнена гномами, тут и там высились строительные леса и горы пиленого камня, пахло сыростью и гашённой известью.
— Светлые затеяли перестройку улиц? — задала наставница вопрос сопровождающему их гвардейцу.
— Великий город должен выглядеть достойно, дорна… Штурм оставил много безобразных ран на теле Варрагона. Князь вернёт былое величие и блеск Вар Агону! — произнося древнее название одной из столиц Светлых Домов, примант вскинул подбородок, преисполнившись гордости.
А в городе, совсем недавно перенёсшем штурм объединённой армии орков и альвов. Но путешественницам всё же было на что посмотреть. Белые стены дворцов, стремительные просторы улиц и площадей, высокие башни с трепещущими на ветру хоругвями великих эльфийских Домов — всё это захватило внимание Инфы и Ардары на ближайшее время без остатка.
Наконец, шаранг с гвардейцем достигли центральной площади. Многоликий и уставший Варрагон завершал очередной день.
— Площадь Магов, — тихо произнесла Зелерин, указав правой рукой на центр, которого достигли путешественницы. Она напоминала по форме идеальную восьмилучевую звезду, в вершинах которой и располагались небольшие дома с разной причудливой архитектурой и оформлением входа. Как пояснила наставница, это были представительства разных ветвей магии.
В центре площади был разбит многоярусный фонтан, где с высоким искусством были расположены скульптуры различных странных животных, фигуры которых были запечатлены в яростной схватке со стихиями. Инфа с интересом рассматривала странное чудовище с головой женщины и телом льва с крыльями, многоголовое пресмыкающееся с острым крысиным хвостом, гигантского орла с лапами тигра и чешуёй на животе, совершенно невообразимую тварь с десятками щупалец и круглой пастью, где зубы располагались в несколько рядов.
Гениальность мастера поразила новообращённую живостью изваяний. Ксенобиолог ни в каких своих фантазиях не могла представить существование некоторых изображённых в фонтане форм жизни. При взгляде на эту битву ярости, боли и голода сжималось сердце, и тоска захлёстывала душу.