Надо же какая девушка эмансипированная, все сама организовывает.
— Чин-чин, — подняла бокал Сэнди и едва чокнувшись, осушила в несколько глотков. Тут же налила себе второй — по стеночке, чтобы без пены. Приподняв, глядя на меня через пузырьки, и этот в несколько глотков и этот глуханула.
— У меня клаустрофобия, я просто ужасно боюсь, — пояснила девушка, наливая себе третий бокал. В этот раз сразу пить не стала и присела на кровать, похлопав по месту рядом. — Возьми меня за руку, пожалуйста.
Едва я сел, даже не успев выполнить просьбу взять за руку, как Сэнди меня обняла и поцеловала мокрыми от шампанского губами. Целовалась она прямо с душой, да и халат совсем распахнулся, соскальзывая с плеч.
— Подожди-подожди, я…
— Да ладно, че ты, — прошептала она, поводя плечами и вынимая руки и рукавов. — Я в состоянии аффекта, мне можно.
— Я пока не в состоянии аффекта.
— Моего аффекта на двоих хватит, — шепнула девушка, наваливаясь на меня.
Не соврала.
Несмотря на то, что следующие девять с половиной часов мы были заперты в четырех стенах, время этого «заключения» пролетело быстро, а устал я серьезно. Не так, как на ночных подработках по разгрузке арбузов уставал, сейчас это была приятная усталость, ее даже можно утомленной негой назвать. И еще за эти девять с половиной часов я по-настоящему понял и осознал, насколько Анна Николаевна подтянула меня по уровню умения близкого общения с девушками.
На десятый час из алкоголя у нас осталось только нетронутые полбутылки водки и две бутылки пива, одну из которых Сэнди сейчас допивала — сидя на мне и двигая бедрами как танцовщица. Техника спасателей была уже неподалеку — вот уже третий час слышались скрежет и шум машин нас раскапывающих, так что пришлось сделать музыку погромче, чтобы не сильно отвлекало.
— Макс, ты такой… такой… кажется, я влюбилась.
— Кажется, ты пьяна.
— Ой все. Что у пьяной на уме, то у трезвой на языке, — отмахнулась девушка, сделав еще один глоток.
От стены с дверью вдруг раздался приглушенный хлопок, а парой секунд позже дверь рвануло, вытаскивая клешней манипулятора.
— Живые? Все в порядке? — вместе с голосом в коробку комнаты заглянул яркий луч фонаря, прорезая приглушенный красный свет.
— Живые, все в порядке, — кивнула Сэнди, оборачиваясь к двери и держа пиво в одной руке, второй прикрывая грудь. — Можно нам еще пару минут?
Я так и лежал с заведенными за голову руками, глядя на ничуть не смутившуюся девушку.
— Э… Простите мэм, но…
Судя по голосу, наш спасатель ожидал всего что угодно, но только не этого.
— Мисс, — поправила его Сэнди.
— Простите, мисс, но вам лучше бы поторопиться.
— Одеться нам можно?
— Да, конечно.
— Отлично. А пиво допить?
— Мисс, послушайте…
— Да ладно, у нас две бутылки всего осталось. И водка еще есть, будете? Нет? Ну ладно, дайте нам пару минут и отвернитесь, пожалуйста, тут еще надо кое-что закончить.
Глава 16
Сэнди, несмотря на утомленно-веселое состояние, после того как мы выбрались под свет прожекторов на месте спасательных работ на глазах превратилась в Александру Л. Джейн. Покачивалась только иногда, да глаза блестят, а так — воплощение уверенного официоза.
Сразу после карантинного шлюза попали к медикам. Осмотр выявил лишь легкую степень алкогольного опьянения — на словах, без занесения, как доверительно сообщил осматривающий меня доктор. Еще добавил вполголоса: «Чтоб я так жил». Не очень понятно было — или по поводу алкоголя, или по поводу количества биогеля, которого мы с Сэнди на себя потратили, но уточнять я уж не стал.
После медицинского осмотра выдали новую одежду — привычная «космическая» униформа, вот только глубокого синего цвета и не со знаками Ковенанта, а с похожей на угловатую паутину эмблемой:
Сэнди, когда мы с ней встретились после удивительно быстрого для ситуации медосмотра, была в аналогичном наряде. На выходе из развернутого на базе десятка трейлеров госпиталя встретил нас, неожиданно, Стрелок — помощник президента, организовавший нашу отправку в Швейцарию, откуда мы собственно Сэнди и привезли в Россию. Парой недвусмысленных жестов он показал нам, что все вопросы позже и повел прочь в сопровождении зонтика из охранных дронов. Втроем мы быстро дошли до ожидающего нас бесшумного конвертоплана — похоже, скрываемся с места событий в обстановке секретности.
— Где моя подруга Элли? — спросила Сэнди, едва лишь боковая дверь за нами закрылась.