***
...Было около пяти часов вечера, когда Дима понял, что неправильно нарисовал график распределения основных носителей заряда. «Как же я так смог протупить, - подумал он, глядя покрасневшими от постоянной работы за ноутбуком глазами на график с отрицательным значением длины образца, что само по себе - нонсенс. - Хорошо, что я сейчас это заметил, а не на защите. Значит, так: сейчас покемарю до вечера, затем на свежую голову перепишу эту главу, а после спать не лягу, пока курсовую полностью не сделаю...» Дима, не раздеваясь, улёгся на кровать поверх покрывала и закрыл глаза, пытаясь заснуть. Только сон к нему не шёл: перед глазами вился змейкой тот злосчастный график, а мысли цеплялись за каждую формулу в учебниках, по которым студент делал свои расчёты. Поворочавшись с бока на бок, пытаясь поудобнее улечься, но всё равно не заснув, Дима открыл глаза и уставился немигающим взглядом сначала в потолок, а затем в висевший на стене возле кровати ковёр. И показалось вдруг парню, что ковёр как будто помещён за стекло, и за этим стеклом где-то в глубине располагалась стена, обитая пушистым зелёно-жёлтым мехом, а в стене - две арки. «Прямо объёмная картинка какая-то», - подумал Дима и довольно сильно ударил кулаком по ковру, чтобы развеять видение.
***
Да только кулак парня почему-то легко прошёл внутрь ковра, а вслед за ним по инерции покатился туда и сам Дима, от неожиданности закрывший глаза. И когда он открыл их, то обнаружил, что находится в довольно просторной комнате, задрапированной пушистым зелёным материалом с жёлтыми узорами - таким же, из которого был сделан ковёр в его съёмной комнате. В центре этой комнаты стояли две колонны, а по бокам - по две ведущие куда-то арки. Дима обернулся назад и наткнулся на прочную стену, покрытую таким же пушистым зелёно-жёлтым материалом, как и всё остальное в комнате. «Предупреждать людей нужно, что за стеной ещё и ниша имеется, - недовольно подумал парень. - Хотя, тогда Лия Павловна меня две комнаты оплатить потребовала бы. А идея прикольная: сделать дверь, открывающуюся наверх, поверх неё ковёр прибить, а за дверью такой себе уютненький пушистый будуарчик сделать. Или это не будуар? Колонны, арки - больше смахивает на помещение для собрания какой-нибудь оккультно-эзотерической секты. Вот между колоннами можно алтарь поставить или кафедру для проповедника. - Он хихикнул про себя. - Но меня сейчас больше интересует, как попасть назад к себе в комнату». И Дима начал водить руками по стене, надеясь найти скрытую за пушистыми узорами ручку для открытия двери. - Для этих целей мы использовали добровольцев - выпускников военных училищ... - прервал его изыскания строгий женский голос. Дима обернулся. В комнате было пусто, а голос раздавался из расположенной справа арки. Парень хотел уже направиться туда, чтобы попросить находящихся там людей помочь ему выбраться отсюда, но здравый смысл взял верх. «Кто знает, сколько их там, и что они здесь делают, - резонно подумал он. - А вдруг, они и меня в свою секту заманят? Или ещё хуже - в жертву принесут, - нервно пошутил он. - Я лучше за колонной спрячусь, а когда они закончат свою лекцию слушать, то пойду за ними и выйду, наконец, из этой комнаты». Так Дима и сделал, став за колонной и начав наблюдать за аркой, из которой доносилась речь какой-то женщины, эмоционально и очень даже по-научному вещавшей про какие-то петли времени, опыты над людьми, которых помещали в какие-то камеры... «Прямо какой-то местный филиал «Ананэрбе», - подумал парень, - а они, насколько я помню из истории, якобы обладали очень мощными техническими знаниями, такими, которым ни в одном универе не учат. Нужно, наверное, после окончания их собрания или что там у них сейчас, подойти к ним и попросить взять меня к себе, тем более, что внешность у меня почти арийская. Может, хоть они объяснят мне, как работает полевой транзистор». Дима усмехнулся, зная, что льстит себе. На самом деле он был белобрысым долговязым худосочным парнем, хотя, если использовать всё богатство русского языка, то Диму можно было бы назвать высоким стройным блондином. Между тем, усталость брала своё, и парень начал зевать, затем уселся за колонной, а через некоторое время уютно улёгся возле стены. Последнее, что он услышал перед тем, как погрузиться в сон, были такие родные ему слова, как «светодиоды» и «датчик движения», что ещё более укрепило в студенте надежду на то, что неизвестные люди в соседней комнате являются кладезем неизвестных обычному инженеру технических знаний.