Прозвенел звонок, из кабинета начали выходить студенты, однако, Марьяны среди них не было. Дима заглянул внутрь помещения, но там оставались только две девушки, причём, ни одна из них не была похожа на Марьяну. «Неужели она «развела» меня? - подумал парень. - Тогда зачем она так откровенно «рисовалась» передо мной в ковре? Хотя, может, она не была на этой ленте или перекрасилась в очередной жуткий цвет, вот я её и не узнал...» Чтобы расставить все точки над “i”, он подошёл к девушкам и спросил: - Скажите, Марьяна, такая высокая, с длинными рыжими волосами, сегодня на занятиях была? Девушки удивлённо посмотрели на него. - Нет у нас никакой Марьяны, - категорично заявила невысокая толстая блондинка в очках и с причёской-каре. - Она два года назад в группе I-НА училась, - добавил Дима, не желая выглядеть в глазах девушек идиотом, если даже его и обманула Марьяна. - Значит, сейчас должна учиться с вами... - А-а-а, так это - Белкина! - воскликнула худощавая девушка с русыми волосами, собранными в пучок в районе верхней чакры. - Да, училась она с нами, только... - девушка запнулась и сочувственно посмотрела на парня. - Она умерла ещё на первом курсе, не то в ноябре, не то в декабре. От такого поворота событий Дима даже слегка приоткрыл рот. - Ей климат здешний не подошёл, - объяснила блондинка. - У Марьянки что-то с кожей случилось: она кисти постоянно бинтовала, лицо у неё опухать стало, пятнами какими-то покрылось. Ей на инструментах в училище не разрешали играть - боялись, что у неё что-то заразное, хотя, она справку из больницы приносила. А потом она перестала на занятия ходить... - А я, уже когда все в зимней одежде ходили, видела, как из канцелярии мужчина и женщина в трауре выходили, - перебила её другая девушка. - А за ними Витка Шаповалова, староста танцоров, вышла и подошла ко мне. «Вашей Белкиной документы забрали», - сказала она. Я спросила: «А что случилось?» Она кивнула мне в сторону этой пары и, молча, покачала головой. А я - староста группы, и в тот день после занятий меня в канцелярию вызвали и сказали, чтобы я из журнала Белкину вычеркнула... Вот так... Всё это девушки произнесли слишком уж уверенным тоном, без запинки, ещё и перебивая друг друга, да и причина якобы Марьяниной смерти была такая несерьёзная, что Дима усомнился в правдивости услышанного. «Наверное, эти девки не прочь сделать Марьяне какую-нибудь гадость, поэтому и сказали мне такое, чтобы я с ней не встретился здесь, а может быть - и нигде больше». - Злые вы, девчонки, - сказал он вслух. - Такого наговорили... - Ты нам не веришь! Вот, на, смотри: нету здесь твоей Белкиной, - чуть не задохнулась от возмущения староста и ткнула под нос Диме журнал посещений занятий. - А ещё можешь сам в канцелярию сходить и спросить... - И схожу! - с вызовом заверил её Дима и повернулся, чтобы выйти из кабинета. - Ну, мы тебя предупредили... - услышал он за своей спиной, и червячок сомнения, что с Марьяной всё в порядке, пробрался в сердце парня. «Да что с ней могло случиться? - успокаивал он сам себя. - Сейчас пойду и узнаю».
***
Конечно же, ни в какую канцелярию он не пошёл: кто он такой, чтобы перед ним отчитывались, где и кто учится. По крайней мере, в деканате радиофиза поступили бы так. Дима спустился на первый этаж и с удовольствием для себя обнаружил, что сегодня у группы II-НА будет ещё и четвёртая лента - сводный оркестр, причём, по подгруппам. Для начала парень нашёл 29-й кабинет, где должна была заниматься первая половина группы, и подошёл к невысокому чернявому пареньку. - Ты из группы II-НА? - в лоб спросил его Дима. - Угу, - равнодушно кивнул тот. - А Марьяна Белкина в вашей подгруппе на оркестре будет? - поинтересовался Дима. Парень картинно помотал головой, делая вид, что не понял услышанного. - Ну, высокая такая рыжая кудрявая девушка, - объяснил ему Дима. - Она на аккордеоне играет. - У нас все на аккордеонах играют, - хохотнул парень. - А ты когда Марьяну нашу последний раз видел? - Да пару лет назад, - озвучил заранее придуманную легенду Дима. - Мы с ней на одном этаже комнаты снимали. Я потом уехал по распределению, там у меня мобильник «накрылся», я не звонил ей, а сейчас вернулся - её нет, и хозяйка не знает, куда она переехала. - Далеко она переехала, - объяснил парень. - И насовсем. - Как это? - не понял Дима. - Нет больше Марьянки. Климат ей здешний не подошёл. Умерла она ещё до первой сессии. - Шутишь? - нервно спросил Дима, хотя, сердце в его груди ухнуло. - От такого не умирают... - Если вовремя домой «свалят», - закончил за него фразу парень. - Вон, у меня старший брат на Таймыре служил, жену оттуда привёз, так она здесь летом в погребе целыми днями сидела - у неё от жары сердце останавливалось. Врачи сказали: если не уехать назад - она долго не проживёт. Уехали они, в Норильске сейчас живут. И ещё в джунглях белые люди не выживают: из-за разных кожных болезней они буквально гниют... Марьянка из какого-то экологически чистого села была, а у нас тут такая загазованность... Вот её это и подкосило... Сочувствую...