— И вот эта фигня…
— Именно. А так и не скажешь, верно? Отдай Шоне, это развяжет ей руки перед внешниками.
— То есть ты не вернёшься?
— А зачем? Я паршивая Верховная, один раз всё уже просрала по незнанию. Теперь знаю гораздо больше, но от этого только хуже, поверь.
— Чтобы владетели могли вмешаться. Думаю, внешники не отдадут Шоне руль просто так, хоть их завали этими кубиками.
— Боюсь себе представить, как они «вмешаются»… Впрочем, их ждёт кое-что получше, чем моё возвращение. Не спрашивай, будет сюрприз. Мне есть чем заняться здесь, Тиган. Не так уж много осталось носителей эксокибрисов. В городе же и я никому не нужна, и мне никто не нужен.
— Ладно, — вздохнул я. — Последняя попытка.
Достал из кармана коммуникатор. Здесь он ожил даже без зарядки, словно и не был мёртвым куском пластика совсем недавно. Только часы на экране показывают прочерки вместо цифр, как и мой смарт-слой. Пролистал входящие, нашёл сообщение от Седьмой, открыл прикреплённое фото, развернул на весь экран, повернул к Калидии.
— Алька… — неверяще сказала та. — Офигеть. Но как?
Глава 21
Энергия и время
Машину пришлось бросить. Жалко до слёз, но в дверь она не пролезет. Калидия объяснила, что в этот странный дом можно попасть много откуда и выйти из него тоже реально во множестве мест. И времён. Последнее я даже не пытаюсь понять, но идея вернуться в Город раньше, чем вылетел оттуда с Лендиком, меня немедля посетила.
— Полагаю, это возможно, — равнодушно ответила на мой вопрос Владетельница. — Но я не знаю, как и не в курсе, что будет. Если ты, вернувшись, отговоришь себя лететь, этот мир вряд ли исчезнет, замкнувшись в петле временного парадокса, но проверять всё же не стоит. Ситуация и так достаточно сложная.
— Конечно, — согласился я, представив.
Если нынешний я отговорю того себя лететь, то мы не встретимся с Калидией, я не попаду в этот дом, не смогу вернуться раньше, чем улетел и отговорить себя… Не, этак мозги перегорят. Не надо нам такого.
Владетельница разрешила мне отдыхать сколько угодно, потому что «времени нет». Звучит нелепо, но фактически правильно, потому что момент, который будет за дверью, когда мы её откроем, связан со временем, которое мы проведём внутри «нелинейно», что бы это ни значило.
Я сперва хотел почитать здешние книги, но оказалось, что они совсем не похожи на наши. Какие-то закорючки и неприятное ощущение, словно бы есть картинки, но я их почему-то не вижу.
— Возможно, дело в оптоимплах, — пояснила Калидия. — Они работают не так, как глаза. Эти книги написаны не людьми не для людей, но прочитать их можно, восприятие постепенно подстраивается… Или они подстраиваются под восприятие, не знаю. У отца в Башне были такие, владетелей учили их читать. Но моему образованию никто не уделял достаточно внимания, потому что девчонка и полукровка. А у меня самой никогда не хватало терпения.
— Тогда отправь меня в Город, — сказал я. — Чего тут сидеть-то?
* * *
— Ностальгично, — сказала Калидия, окинув взглядом коридор. — Всё-таки я тут выросла.
— Не хочешь зайти?
— Нет. Воспоминания детства не наполняют меня радостью. Может быть, навещу вас позже.
Синтетический голос эксокибриса лишён эмоций, так что я не знаю, сколько в её словах иронии.
— Поздоровалась бы с Шоней…
— Не стоит. Девчонка станет невольно рассчитывать на то, что за её спиной стою я.
— А это не так?
— Вообще нет. Я не собираюсь снова становиться Верховной, мне и в прошлый раз не понравилось. В принципе всё равно, кто занимает место, если это не Креон, но на меня будут возложены неоправданные надежды. От Шони хотя бы не ждут чудес.
— А я смогу снова попасть туда? — ткнул пальцем в дверь, соединившую странный дом с коридором Башни.
— Для этого мало просто открыть дверь, — ответила Калидия пустым голосом оболочки, — да и зачем тебе?
— Не знаю. Просто интересно.
— Интересно? Надо же… Ты коснулся самого краешка, Тиган Ковыряла. Не лезь глубже, там мрачный кошмар и кровавая жуть. Надейся, что Изнанка не поставила на тебе свою метку, дро.
Калидия не стала прощаться, просто закрыла дверь. Когда открыл снова, там оказалась комната, одна из многих пустующих. В Башне дофига свободных помещений, наверное, при Креоне жизнь тут кипела. Не то что теперь, когда я дохожу до общей гостиной, никого не встретив.
— Тиган? — Шоня смотрит на меня с изумлением. — Но ты же…
— Сюрприз.
— Тиган, дро, ты жив! — Козябозя накинулась на меня с разбегу, повисла, чуть не опрокинув на пол, вцепилась изо всех сил. — Я знала, я знала! Они все не верили, но я знала!
— Во что не верили?
— Что ты мог выжить полгода в Пустошах!
— Какие нафиг полгода?
* * *
То ли я слишком долго спал в том мерзком чёрном кубическом здании, то ли у Калидии не очень хорошо с точностью наведения, но корпа «Шуздры» давно списала меня в потери. Лендик несколько раз вылетал, проверяя сигнал маяка, и даже разок долетел до места падения на случай, если маяк сломался, но меня там, разумеется, не было. Что они должны были подумать? Правильно — что Тиган Ковыряла сгинул где-то в Пустошах. Машина сломалась, да мало ли ещё что.
Что радует: Город всё это время более-менее продержался. Панические прогнозы Шони не оправдались. Ситуация медленно ухудшается, экономика проседает всё глубже в задницу, но никакого моментального обвала. Что не радует: перспективы лучше не стали.
— Мне пришлось вернуть соцминимум, — жалуется рыжая. — Внешники были категорически против, но иначе люди просто сдохли бы с голоду. Лимиты крошечные, потому что пищефабрики не тянут, им нужно больше энергии. Внешники, разозлившись, что я сделала по-своему, подняли цену на электричество, я в ответ перестала за него платить. Теперь у города быстро растёт долг, мне уже прямо говорят, что «должникам электричество отключают». Пока просто ограничили, ждут, что я одумаюсь. На низах растёт мелкий крайм. Если раньше отжимали дышку, то теперь отжимают еду. Дышки нет вообще, потому что энергию нам урезали, а жратва важнее. Низы пустеют, молодь сидит до упора в интерах, там хотя бы кормят и не краймят. Куда их девать после — ни одной идеи. Город нанимает в микроренд уже просто для того, чтобы люди не шлялись голодные без дела, платит им токи, которые скоро некуда будет потратить, потому что даже на Средке теперь дефицит жратвы. Рендовых хотя бы можно было положить на хранение со шлангом в заднице!
— Дела…
— Тиган, городу реально трындец. Я недооценила устойчивость системы, думала, всё навернётся раньше, но ту самую «точку невозврата» мы уже прошли. Значит, Калидия не хочет возвращаться?
— Сказала, «крутитесь сами как хотите». Ну, если вкратце. Мне показалось, что ей нет больше дела до Города, занята чем-то другим, поважнее. Нет, чем именно — не сказала.
— И что мне делать?
— Выпнуть внешников.
— Ты серьёзно?
— Ну да. Я притащил те штуки, из которых берётся энергия. Пусть внешники забирают свои и уматывают. Электричество снова станет бесплатным и неограниченным, фабрики заработают, будет бесплатная жратва и дышка. Как раньше.
— Надо же, — грустно засмеялась Шоня, — а мы ведь раньше думали, что паршиво живём. Ренд говно, соцмин говно, промы говнюки, владетели говнюки с мечами, Калидия сумасшедшая девка в оболочке.
— Тогда у нас хотя бы Средка была.
— Именно. Тут, кстати, твоя подарочная прибегала недавно.
— Чего хотела?
— Требовала, чтобы Город что-нибудь уже наконец сделал для бизнеса. Мол, из всего ассортимента «Весёлкиных домов» не подорожали только девки, потому что дырки у них никуда не делись. Та же «весёлка» не из воздуха берётся. Алкоголь, штырево, жратва — всего стало меньше, а значит, дороже. Но поднять цены они не готовы, потому что микрорендовый не сможет прогулять больше, чем ему заплатили.