* * *
— Соглашайтесь, — сказал Гарт. — Я сам учился в первом экспериментальном потоке. Потом всё быстро понерфили, потому что вершки зассали, что их отодвинут от производства, а внешники не хотели делиться знаниями, да и Креон не успевал всё контролировать. Не знал, что Никлай был с этим связан, но и не удивлён.
— А сами вы как теперь?
— Вернусь, наверное, в центр разработки. От Бераны я не в восторге, но если Креон её простил, то ему, наверное, виднее. У меня есть проект «Сила разума», который может сильно изменить ренд. И он уже предварительно одобрен.
— Пойдёте к Креону? Серьёзно?
— Ну не бордель же мне возрождать тут? — засмеялся Гарт. — Я был у Верховного на хорошем счету, и если бы тот не помер… то есть, не пропал, конечно, я бы не оказался здесь.
— Значит, рекомендуете?
— Однозначно. Ты умный парень, тебе надо учиться дальше. Свалить в низы и податься в ломщики можно в любой момент. Тики и Мешана уже согласились. Будут учиться и работать у меня в лабе. Тебе тоже местечко найдётся, железа там полно.
* * *
Калидию встретил в холле бывшего борделя, она там болтает с Седьмой. Гарт перестал напрягаться по поводу их общения:
— Это не то, чего я боялся. Берана не соврала, в закладке нет ничего страшного. Но и совсем игнорировать её не выходит, так что пусть лучше так.
— Я испытываю желание помогать Калидии и защищать её, — объяснила мне девушка. — Отчасти понимаю, что оно наведённое, но воспринимаю как естественное. Она не нуждается в моей защите и помощи, но то, что мы теперь дро, помогает мне избегать внутреннего конфликта. Я не говорила ей, и ты не говори. Делюсь, потому что у тебя тоже закладка. Может быть, тебе тоже удастся встроить её в свою жизнь так, чтобы не сойти с ума.
Я только плечами пожимаю неопределённо — после того, что я натворил с городскими сетями, пытаясь напугать внешников, закладка себя никак больше не проявляла. А может, и тогда дело было не в ней, просто накатило что-то. Это, в конце концов, было реально весело.
— Ну конечно, меня все об этом спрашивают, — улыбнулась мне Калидия. — Но мне нечего ответить. Я долгое время точно знала, что убила отца под воздействием острого реактивного психоза, который был инициирован закладкой моей матери. Для этого не обязательно иметь имплы и прошивку, она отлично умеет программировать людей просто словами, так что я была оружием в её руках. Оружием, которым она убила отца. Потом, читая его записи с расшифрованного информационного носителя, поняла, что всё не так просто. Мать великолепный манипулятор, но он лучше. Она была таким же орудием для отца, как я для неё. Не знаю, кого я убила в том безумном месте и убила ли вообще кого-то, но уверена, что всё это было спланировано отцом с самого начала.
— И как вы теперь с ним?
— Никак. Я не планирую возвращаться в Дом. У отца есть наследник, а у меня куча более важных дел.
— И Креон с этим согласен?
— Конечно. Ведь он один из немногих, кто понимает, зачем на самом деле нужен Город, кто такие владетели и что такое эксокибрисы. Думаю, всё было спланировано отчасти и для того, чтобы поняла я. Увы, это не то, что можно объяснить словами.
— А Седьмая? Что будет с ней?
— Переживаешь за Гарта? — улыбнулась девушка. — Ему не о чем беспокоиться. Это совсем не та Алька, с которой мы были близки, а я давно не та девчонка, что в неё влюбилась однажды. Мы познакомились здесь и сейчас, она интересная, сильная и умная, мы просто хорошие дро. Мне тоже надо иногда с кем-то выпить и поболтать, так что буду её навещать.
— А Город? Что будет с Городом? С внешниками, рендом, кланами?
— Не знаю, Тиган. Но верю в отца, он всегда умел со всем этим управляться. Держись его и тех, кто с ним. Креон жёстко требует, но хорошо вознаграждает. А если не захочешь, то что ж, Город — место свободы. Уж какой есть.
* * *
Споров в корпе «Шуздры» было много. Против оказалась Тохия, которой запала в душу идея Сопротивления (пофиг чему, тут главное — сам принцип). Против выступила Дженадин, которая просто не видит себя в учёбе: «Я низовая дурочка с прошвырканной дышкой башкой, ну нафига я туда полезу?» Козя хочет учиться, но напрягается из-за родителей: как Никлай и предсказывал, Бокамосо и Каролина вернулись в Город. Шоня колеблется, боится, что ей припомнят все косяки её краткого «Верховства».
Тохию я убедил, объяснив, что, изучив своего врага, она в Сопротивлении лучше сработает. Чем больше она узнает о том, как думают верхи, тем более крутой «кибернулькой» станет.
Дженадин уболтал Кери, который настроен учиться на спеца. Расставаться со своим дро девчонка не хочет, так что согласилась потерпеть.
С Козей мы сошлись на том, что я никому не дам её в обиду, а с родителями тусить, в общем, не обязательно. Захочется — да, не захочется — нафиг. Она уже большая девочка, и у неё есть «дро, с которым живут вместе».
Шоне Никлай дал гарантии, что претензий к ней нет. Раз, мол, даже Каролине не предъявили, то ей тем более бояться нечего. Рыжая не виновата, что её кинули в воду, не научив плавать, и она выгребала как могла.
Но главную роль в принятии решения сыграла, на мой взгляд, элементарная скука. Мы могли бы долго сидеть в «консерве», пополняя запасы токов мелким ломом на заказ, но оказалось, что жизнь низовой молоди нам больше не прёт. Сидеть по модулям, пыриться в рекламу, швыркать дышку, жрать, спать и трахаться? Ну день, ну три, ну неделю можно. Низы так и живут, кто не в ренде, но мы почему-то не смогли. Отвыкли тупо сидеть без смысла и цели. Отрастили шило в жопе. Особенно Шоне тяжело, после рулёжки Городом-то. У Креона это получается всяко лучше: снова заработали интеры, поднялся ренд, что-то как-то разрулилось с кланами, оживает понемногу Средка. Про внешников больше ничего не слышно, хотя я сомневаюсь, что они вот так запросто соскочили с темы. Шоня прямо вся извелась, терзая меня: «Как ты думаешь, Тиган, как они это сделали? А я что тогда делала не так?»
— Шоня, — сказал я ей, — фигли ты у меня это спрашиваешь? Спроси у них! У Никлая, у Бераны, да хоть у самого Креона!
— И что, мне ответят?
— Если мы будем там, то да. Учитель сказал, что у тебя есть все задатки хорошего руководителя, и ты, если подучишься, можешь прекрасно послужить Городу.
— Ещё скажи, памятник поставят! — фыркнула рыжая.
— А чего б нет? — ответил я серьёзно. — С такими-то сиськами?
* * *
— Ну вот все и собрались, — удовлетворённо кивнул Никлай. — Рад видеть вас на моих занятиях. Некоторые уже посещали их, с некоторыми мы знакомимся впервые. Итак, я Николай Баривол, специалист по социальному конструированию, и тема первой моей лекции: «Почему именно технокоммунизм является единственной рабочей моделью в обществе перманентного управляемого кризиса».
Козя тут же достала тетрадку и ручку, уставившись преданными глазами на учителя. У неё давно уже есть комм, но привычка осталась. Смешная!
За окном поднимается туман и загорается неон, привлекательные, как всё вредное и опасное. Я откидываюсь на стуле, готовый слушать.
Не, ну правда же интересно, почему!
* * *
Конец
