— Да зачем ей лифчик? — засмеялась Заня.
— На вырост пригодится, — не растерялась Козявка. — Через годик приходи, померяемся!
А она не такая робкая, как выглядит!
Щёлкнул выключатель, свистнул воздух, мотнулись стрелки манометров.
— Но что это? — драматически воскликнул Никлай. — Какой кошмар! Капсула с лифчиком не едет к Козьке! Она застряла в роторе и заклинила его! Козя негодует, сидя топлес, и строчит жалобу, дежурный высылает техна, то есть тебя. Что ты будешь делать, Рорни? — спросил он парня.
— Э… не знаю…
— Эх, а ещё в техны собираешься… У кого есть идеи?
— Можно?
Это Тики, один из наших. Сообразительный пацан, но больше по цифре, чем по железу.
— Вперёд, выручай товарища, пока наниматель не оштрафовал его за простой системы!
Тики вышел к стенду, посмотрел, неуверенно сказал:
— Если вот тут открыть, то… — он сдвинул заслонку, раздался резкий свист, а его шевелюра моментально превратилась в торчащую во все стороны щётку.
— Тики-Тики! — покачал головой учитель. — Вот это что такое, а? — он постучал пальцем по циферблату.
— Ма… манометр…
— Правильно. А посмотреть на него не судьба была? Прежде чем открывать магистраль, я имею в виду? Сейчас-то чего пялиться, ты уже давление стравил. Себе в физиономию. Кстати, в реальной доставочной магистрали напор сильно больше, потому что длина трубы сотни метров. Тебе бы так в нос дунуло, что глаза б выскочили! Итак, когда речь идёт о любых, — повторяю, любых — манипуляциях с пневматикой, первым делом ищем манометр и смотрим, не находится ли магистраль под давлением! Затем…
…Умеет Никлай держать внимание интиков. Но у него есть и другие достоинства.
Глава 4
Свободный рынок
На «внеклассном» занятии сегодня все трое — я, Кери, Тики. Ещё недавно было пятеро, но Дорпит внезапно передумал и рендовался, причём даже не стал пробоваться в «техноренд», пошёл в ренд-центр на общих основаниях. Он всегда был нервный и какой-то сам в себе, а тут чего-то психанул. Кажется, девчонка его бортанула, не уверен. А жаль, у парня были способности. Ну а Лонир просто на нас забил, когда ему предложили стать ломщиком в корпе. Решил, что возиться с интиками ему, крутому краймовому, теперь шкварно. Впрочем, Креон с ним, пацан не особо умный, замки вскрывать его потолок. А вот Никлай всегда расстраивается, когда кто-то уходит, типа «опять всё зря». «Не в коня корм» говорит он, но не объясняет, что за «конь» такой.
Вот и сейчас учитель сидит в подсобке мрачный, а Тики перед ним стоит, нос повесив, ножкой пол ковыряет.
— Чой-то они? — спросил я у Кери.
— Тики сваливает. Ему на Средке типа работу дали. Подручным техна.
— А где именно? — заинтересовался я.
— Он и сам не в курсе, сказал «в сфере услуг».
— Как будто на Средке есть что-то кроме услуг…
— Ему отец подогнал, а ты же знаешь Тики.
— Срань какая-нибудь окажется, зуб даю.
— Верняк. Вот и Никлай ему то же самое твердит, но Тики же упёртый.
Тики редкое исключение в низах — не просто нормародок, но и знает хотя бы одного из родителей. Обычно нормародящие заводят ребёнка после первого ренда, за это полагаются всякие бонусы и даже небольшие выплаты. Потом, подрастив до полугода или чуть больше, мелкого сдают в интер, а сами уходят в следующий ренд. Как правило на этом всё и кончается, мало кто интересуется дальнейшей судьбой своих потомков, но Тики повезло (так думает он, а я считаю, это баг), его папахен внезапно вспомнил про своего отпрыска. На мой взгляд, только потому, что в третьем ренде сломался, и его по техническим причинам деренднули. Теперь сидит в модуле, просирает компенсацию, а от сыночка требует, чтобы тот его обслуживал. Пятнадцать лет не вспоминал, а тут нате-здрасьте. Тики меня к нему таскал, надеялся, что я что-нибудь сделаю с ломаным имплом, но у этого шлока навернулась сама база, «спина-центр», там не с моими скромными умениями лезть. Бракованным ничего не объясняют, компенсацию в зубы и вали, но, как по мне, его в ренде чем-то придавило, да так, что даже усиленный позвоночник треснул. Не удивительно, что наполовину парализовало, в общем. Сам шлок дичайше тупой и мутный, весь на штыреве, лучше без отца, чем с таким папашей, но Тики перед ним стелется ковриком.
— Простите, боз Никлай, — сказал парень упрямо, — но я всё-таки сделаю так, как решил. Это мой шанс. Спасибо за всё, чему вы меня научили, я обещаю не забрасывать учёбу, буду учиться сам, но мне очень нужна эта работа.