— Ничего нет, — сказала Ара с нескрываемой досадой. — Даже следов.
Рарутай шумно вздохнула и встала с колен. Яйцо растворилось в воздухе, словно мираж.
— Придётся возвращаться, — Рарутай отряхнула колени и потянулась.
— К провалу? — уточнил Тс.
— К чтению, — ответила «бородатая». Парень сразу скуксился.
— Ваш клоун здесь всего несколько часов, а уже получил доступ к библиофайлам и даже умудрился вычитать в них нечто полезное, — сокрушалась Рарутай. — Что он заметил, а я нет?
— Пытаться понять Далса — напрасный труд, — отмахнулась Сая. — Предлагаю подождать его возвращения.
Она устроилась между двумя шлюзовыми дверьми, словно собиралась вздремнуть.
— Это не выход, — с осуждением в голосе высказалась Гарпия. — Мы здесь недавно и многого не знаем. Я бы сказала, ничего не знаем. А Дэйдалос … Он просто болен! Похоже, его разум за считанные минуты впитывает и анализирует огромные массивы информации. Но мы-то нормальные люди. Нам подобное недоступно.
— Хотите сдаться? — презрительно хмыкнула Ара.
— Нет. Хочу отжать воду, — Пинна многозначительно посмотрела на Рарутай. — Вы здесь давно. Расскажите о том, что прячется в темноте. Нефа, коя… Как всё работает?
— Длинная история, — Ара бросила скептический взгляд. — Зачем вам? Как оно поможет…
— Аналитика моя сильнейшая сторона, — сразу осадила её Гарпия. — Если поможете сузить область анализа…
— Хорошо, — перебила Рарутай. — Тогда с азов. И только важное. Устроим посиделки. Надо же дать время вашему дуралею самому вернуться к нам.
Ара скривилась. Ей идея дружеской беседы явно не понравилась. Такие как она не привыкли полагаться на других. Они всегда и во всех видят лишь врагов.
— На Коя-Гане есть своя форма жизни. Нечто похожее на плазменные сгустки или вроде того. Не спрашивайте, насколько они разумны. Не скажу. Не знаю, — начала Рарутай, едва наступила тишина. — К туманному кольцу они почти не поднимаются. Если только ураганом забросит. Те, что проникают к нам, проявляют страстный интерес ко всему живому. Первые колонисты намучались из-за них. Ни толстые стены, ни силовые барьеры, ни оружие не могли стать препятствием для таких мрагцев. На тот момент, инновационное, грандиозное, по своему размаху, сооружение напоминало закольцованный позвоночник с земной жизнью внутри каждого сектора. Плантации сельхоз культур, леса, озёра перемежались с людскими поселениями, заводами, фабриками, комбинатами. Чего здесь только не было.
— Подождите, мрагцы — это чёрно-синий дымок? — уточнила Гарпия. — И как же колонисты прогоняли его?
— Никак. Мрагцы проникали в человека и сводили его с ума. А покидали его только после смерти. Поэтому первым способом борьбы стала клиническая смерть. Механическая или медикаментозная, без разницы. Шансы снять одержимость пятьдесят на пятьдесят, — Рарутай достала баклажку воды и сделала глоток. — Неудивительно, что колонисты побежали с туманного кольца, бросая добро. Когда же пытались насильно оставить людей работать, начался саботаж. В итоге целостность кольца нарушилась. Разрозненные остатки колонии потом выживали самостоятельно.
— Деградировали, а не выживали… — вставила своё слово Ара.
— Теперь ясно, откуда такая разруха и весь этот парад-архипелаг, — Гарпия сделала для себя пометку. Это было видно по тому, как она провела руками по воздуху, явно внося коррективы в личный интерфейс.
— А как с мрагцами связаны коя?
— Ах, это. Выжившие колонисты додумались до человеческих жертвоприношений…
— Выжившие из ума, — снова не удержалась Ара.
— Выбирали самого бесполезного члена общества, вводили в искусственную кому и оставляли в полной темноте, — не обращая на неё внимания продолжила Рарутай. — Яркая вспышка синего цвета говорила, что жертва принята. После чего люди могли не бояться мрагцев. Те их больше не трогали.
— Почему? Что за свет? Откуда?
— Жертва. Это она вспыхивает синим пламенем, когда её переполняют мрагцы. Пуф! Жертва горит в вечном пламени и ничего ей не делается, — Рарутай лукаво улыбнулась. — Мрагцы как мотыльки летят на этот синий огонёк. Не обращают внимания на обычных людей и бесследно сгорают.
— Любопытно. С коя немного разобрались. Теперь о плотности нефы, — Гарпия следовала своей уникальной логике, необходимой для анализа поступающей информации.