Он еще один гангстер, если судить по татуировке в виде слезинки и черепа на шее.
— Привет, Белла, — мурлычет он.
Дрожь пробегает по моей спине. Откуда он знает мое имя? Не «Иза», а «Белла»? Только Микки называет меня так.
Его взгляд не похотливый. И даже не заинтересованный. Единственное слово, которое я могу придумать, чтобы описать это, — вызов. Он смотрит на меня так, словно ждет драки… с Романом.
— Изабелла, — поправляет Роман, сжимая мою руку и увлекая меня за собой. Я только и рада пойти за ним.
Мужчина с короткой стрижкой поднимает плечо и пожимает им, не заботясь о том, что сказал Роман. Оттолкнувшись от стены, он засовывает руки в карманы и двигается ближе ко мне.
— Тебе понравилась мое искусство на груди твоего паренька, muñecaс испанского — «кукла»?
Даже после всех комментариев, которые я получаю от мужчин из-за моей детской прически, я не могу заставить себя перестать заплетать косички.
До меня медленно доходит его вопрос. Что он имеет в виду? Когда я смотрю на Романа, тот ухмыляется от уха до уха, как будто доволен тем, что я сказала. Или не сказала.
Обнимая меня за плечи, он говорит:
— Это Рико. Тот чертовски раздражающий сокамерник, о котором я тебе рассказывал.
— Я думала, самый раздражающий был Тао? — шепчу я.
Смех Рико разносится по бетонному коридору, и я чувствую себя неловко. Сегодня Микки рассказывал мне истории о своем пребывании в тюрьме, но он отвлекался и переходил к другой теме, так что я не поняла полной картины.
— Ты не говорил, что она смешная, приятель. Но нет, Белла, нам нравится Тао, — он произносит «Белла» с акцентом, как будто называет меня «красавицей» в переводе с испанского, а не моим настоящим именем. — Янг приносит нам деньги. А мы любим деньги.
Роман игнорирует его и поворачивается ко мне.
— Я же говорил тебе, чтобы ты была с Дэмиеном?
Я скептически киваю.
— Это не касается Рико. Тебе не разрешается оставаться с ним наедине. А ты… — он резко поворачивается к парню. — если я увижу, что ты разговариваешь с Изабеллой, то урою тебя.
Не думаю, что его угрозы пустые. Рико, очевидно, не согласен. Должно быть, у него есть желание умереть, потому что он одаривает Романа широкой глуповатой улыбкой, которая говорит, что он сделает все возможное, чтобы нас оставили наедине.
Но это странно… Я никогда не видела, чтобы Микки вел себя так… вежливо с другим человеком после того, как над ним подшутили. Если отбросить угрозы, я впервые вижу, чтобы он общался с кем-то более пяти секунд, не используя кулаки.
Никогда не думала, что доживу до дня, когда у Романа Ривьеры появятся друзья. На самом деле… я горжусь им. Кстати, Дэмиену он ни разу не угрожал, и Микки явно доверяет ему, раз позволил стать моей нянькой.
— Кстати, Белла? — я прикусываю внутреннюю сторону щеки и издаю напряженный звук, когда Роман приподнимает мой подбородок. — Смотри на меня все время. Я выиграю бой ради тебя.
Я не могу сосредоточиться на его обещании, когда его губы так близко к моим. Не хочу, чтобы он уходил, и не хочу, чтобы он дрался. Даже если ради меня.
— Ладно, hermano11. Снимите номер, — Рико хлопает Микки по плечу. — Давай одевайся.
Роман хмыкает и целует меня в лоб.
— Помни о нашем обещании.
Я киваю и смотрю, как они вдвоем идут по коридору к одной из дверей. Их груди выпячены, как будто они пытаются затмить друг друга. Забавное зрелище.
Микки смотрит на меня в последний раз и подмигивает. Затем Рико делает то же самое и говорит:
— Chica12, мы с тобой станем друзьяшками.
Места в первом ряду предназначены для того, чтобы чувствовать себя на вершине пищевой цепочки, но я чувствую все, кроме этого. От пива, которое принес Дэмиен, ощущаю себя еще хуже, но это может быть и потому, что на вкус оно дерьмовое.
Вблизи ринг выглядит более устрашающим. Благодаря сиденьям в стиле арены каждый здесь четкое видит то, что происходит на площадке.
Мужчины передают деньги другим мужчинам, которые затем выдают им какой-то билет. Не знаю, на кого все делают ставку. Я слышала «Арес» пару раз, а имя «Коппер» упоминалось еще чаще. И точно знаю, что Роман никогда в жизни не выбрал бы себе «Коппер» в качестве сценического псевдонима.
Это затишье перед бурей. Атмосфера гудит от алкоголя, никотина и предвкушения. Все уже в восторге от последнего боя, потому что одного из бойцов пришлось вытаскивать с ринга без сознания.
— Твой парень хорош. С ним все будет в порядке, — говорит Дэмиен.
Я бросаю на него взгляд и вижу, что он пялится на руки, которые я заламываю.
— А Коппер хорош?
Он кивает один раз.
— Самый лучший.
Как, черт возьми, это должно меня успокоить?
Его глаза слегка прищуриваются. Я бы не заметила, если бы не была внимательна. Кажется, он общается микровыражениями. Несмотря на то, что он мало говорит, он все замечает.
— Ривьера тоже, — объясняет он. — Они оба быстрые и ловкие. Одного роста и весовой категории. Оба высокомерные, с одинаковым количеством побед.
Опять же, я не понимаю, как это должно меня успокоить.
— Это поддержка Коппера. Вон там, — он кивает в сторону группы мужчин в костюмах на другой стороне комнаты, у всех на коленях полуобнаженные девушки.
Мне не нужно подходить ближе, сразу понятно, что у них из кошельков сыплются деньги. Золотые цепочки висят у них на шеях под костюмами от «Армани», которые сочетаются с их массивными золотыми часами и перстнями.
— Братва, — объясняет Дэмиен. — Коппер приносит им бабки. Для Братвы и каждого другого человека в этой комнате Арес — никто. Коппер решит, что у него преимущество, потому что это его территория.
— Я не понимаю, — Романа настраивают на проигрыш? Так он зарабатывает деньги?