- Вот и я о том же... - негромко сказал я сетрику.
- К вам в этот балаган, будь он хоть в самом большом городе, уже через пару дней никто заглядывать не будет! - громко проворчал Кавни. - Работать надо лучше! Что-то новое всё время измышлять, чем публику завлечь можно! И работать с душой, а не так, словно подёнщину отрабатываешь!
- Мы стараемся, - робко пролепетало одно из бепо, одетое в пёстрый красно-жёлтый балахон.
- Стараетесь вы, как же! - закипятился Кавни. - Вот буду кормить тебя и А-Ди только тем, что вы собираете - гнилыми помидорами да порчеными капустными кочерыжками! Тогда-то радения, поди, поприбавится!
Оба шута пристыжено отвели глаза в сторону.
- Ладно уж, - перевёл дух сетрик, - пока я добрый - давайте все к котлу, перекусим тем, что Оба ниспослали.
В этот вечер Оба ниспослали бродячим артистам жиденькую пшённую кашицу без малейших признаков мяса или маслица. Хлеб же закончился у них уже давно. Я, хоть и проголодался, есть такую пищу не смог. Сидел и думал: что же мне делать с этой похлёбкой? Не выбрасывать же! И тут же наткнулся взглядом на четыре пары глаз, напряжённо следящих за моей миской. Похоже, дети фигляров сытыми бывали не часто. Я качнул миской в их сторону и кивнул: хотите? Детишки часто закивали. Я отдал им миску, и меньше чем через минуту четыре ложки уже выскребали остатки с её донышка.