Что ж, надежды не оправдались, а потому больше мне в этом месте делать нечего. Но солнце уже висит над самым горизонтом, а это означает, что возвращение сегодня невозможно. Прогулки ночью по Божьей Столешнице всегда оканчиваются одинаково: от путников остаётся только то, что не могут переварить лужёные желудки крысобак. Так что самым разумным выходом мне показалось - переночевать в одной из многочисленных пещер, надёжно забаррикадировав вход в неё.
Я спешно принялся собирать крупные камни и закладывать ими вход в одну из пещерок, ранее служившей кельей для монахов. Подходящих камней поблизости лежало не слишком много, за каждым последующим приходилось ходить всё дальше и дальше, а потому с ростом моей баррикады темпы её возведения снижались. Между тем солнце скрылось, сумерки быстро сгущались. Пришлось оставить мысль о том, чтобы собрать топливо для костра - успеть бы построить убежище!
Я, покряхтывая, тащил очередную глыбу, когда послышался жуткий вой ночных тварей, и в створе бывших ворот, между обгоревшими столбами мелькнули несколько неясных тёмных силуэтов. А мне до завершения строительства убежища недоставало всего-то ничего! Я укрепил принесённый камень на вершине завала и оглянулся, примериваясь: успею ли принести ещё хотя бы один? Нет, не успеть! Полная луна и её искусственная "подруга", выкатившись на небосклон, высветили урочище. Все предметы обрели резкие тени и графическую чёткость. Десятка два ночных монстров уже по-хозяйски шествовали по осквернённой земле монастыря. Делать нечего: придётся обходиться тем, что есть. В оставшийся незаделанным лаз я с трудом впихнул злобно рычащего, рвущегося в схватку Асура, забрался туда сам и специально оставленными для этой цели внутри пещеры кусками гранита попытался заделать отверстие. Камней катастрофически не хватало: оставалась дыра, ещё вполне достаточная для того, чтобы в неё могла пролезть даже крупная крысобака.