- По собакам - отставить! Бьём по...
В это время фургон так тряхнуло на попавшем под колесо камне, что нас обоих подбросило в воздух. Реди, стоявший ближе к центру, сумел удержаться на крыше, я - нет. Фургон просто уехал из-под меня.
Лететь было относительно высоко, хватило времени на то, чтобы развернуться в воздухе лицом к движению, сгруппироваться и грамотно упасть. Автомат из рук я не выпустил и после нескольких кувырков по земле уже стоял на колене, готовый к стрельбе. Повозки мчались на меня широким фронтом: над оскаленными собачьими пастями возвышались фигуры в рогатых шлемах. И я открыл огонь.
Никаких рефлексий по этому поводу я не испытывал ни в то время, ни после. Людей- разумных существ с чувствами, чаяниями и эмоциями - в данной ситуации не существовало: были враги. Они пытались убить меня, я должен был убить их. Или- или, третьего не дано. Однако слишком уж неравные силы. Двадцать пять боевых повозок - пятьдесят воинов, почти полторы сотни злобных, натасканных собак. И всего лишь двенадцать выстрелов, которые приходилось считать.