- Хм. Власть-то отдать я не против. А вот что касается остальной части ритуала... Понимаешь ли, Е-Ро, не нравится мне, когда по моей голове кто-то ходит!
- Так ведь я ж тихохонько... Больно не будет.
- Не о боли речь. Ненавижу, когда меня пытаются унизить.
- Стало быть, отказываешься?
- В том виде, в каком ты предложило - отказываюсь!
- Так вот? Ну что ж, тогда...
С самым хмурым видом Е-Ро стало подниматься. И в это время раздался вой. Тот самый вой, та самая Песня Смерти, что привела в ужас Окотэру сегодняшней ночью. Все тотчас испуганно оглянулись. Собаки, как одна, прижали уши и пригнули головы к земле. Невдалеке, широко расставив лапы, стоял готовый к смертному бою Асур и, задрав вверх морду, выводил свою демоническую арию.
- Сакум! - истерически завопил Е-Ро и опрометью бросился к своей упряжке. Его истошный крик стал сигналом к паническому бегству, и меня чуть было не смели те повозки, которые находились между мною и бепсом. Отчаянно пыля, эскорт уносился к горизонту.
- Не прав ты, дюженнико Е-Ро. Моего нечистика зовут не Сакум, а Асур, - с усмешкой произнёс я им вслед, подобрал автомат и направился в противоположном направлении. Асур с сознанием выполненного долга гордо бежал рядом.
Дрогоут показался на горизонте часа через полтора. Его ворота тоже были закрыты, стражники пребывали в боевой готовности: ждали налёта беповского отряда. Однако меня, одинокого путника с собакой, после долгих переговоров всё же впустили.