Не могу сказать, что А-Хи было для меня достойным противником. Я провёл несколько контратак, а сам при этом не пропустил ни одного удара. В бою со мной у бепо шансов на победу не было совершенно, и оно очень скоро это начало понимать. Однако отступить ему мешали и гонор, и сказанные слова. Зверски рыкнув, А-Хи выхватило откуда-то сзади из-за пояса мощный кастет, растопырившийся четырьмя короткими обоюдоострыми лезвиями, и попыталось достать меня им, то тыкая, то нанося рубящие удары. С каждой его атакой я отпрыгивал назад, всё больше приближаясь к стоящей в центре зала массивной деревянной колонне, пока не прижался к ней спиной. Увидев это, А-Хи злорадно усмехнулось и нанесло "смертельный" удар, целя мне в переносицу. Я отклонил голову и, перехватив его руку, с силой дёрнул на себя. Лезвия кастета глубоко воткнулись в дерево колонны.
- Драться надо честно, - наставительно произнёс я и резким движением крутанул вбок зажатый в дырке кастета мизинец бепо. Раздался противный хруст, и мой противник взвыл нечеловеческим голосом. Я чуть отступил назад и поставил точку в этом представлении, ударив с разворота А-Хи пяткой под ухо. Колени бепо подогнулись, и оно рухнуло бы на пол, если бы не рука, застрявшая в торчащем в столбе кастете. Оно осталось стоять на коленях с задранной вверх рукой и упавшей на грудь головой. С голого затылка яростно щерилась в потолок татуированная летучая мышь-вампир. Из открытого рта наёмника тонкой струйкой вытекала кровь и расплывалась на полу вязкой лужицей. В зале повисла удивлённая тишина.